Пересадочная станция

А я говорю об общем уровне умственных способностей человечества. О состоянии, когда никто не сможет понять науку и технику, которые делают возможной грозящую Земле войну. О неспособности справиться с машинами и аппаратурой для ведения боевых действий. Это означает возвращение людей на такую ступень умственного развития, с которой они уже не смогут дотянуться до научных и технологических вершин, покоренных ранее. Тот, кто знал, забудет. Тот, кто не знал, так и не научится. Назад к колесу и рычагу. И тогда ваша страшная война станет невозможна.

Инек застыл, выпрямившись в кресле, не в силах вымолвить хотя бы слово. Его будто сковало леденящим ужасом, но в мозгу роилось множество мыслей.

– Я же говорил, что это радикальная мера, – добавил Улисс. – Но необходимая: войну так просто не остановишь. Цена здесь высока.

– Я не могу принять такое решение в одиночку, – проговорил Инек. – Это никому не под силу…

– Да, это нелегко. Но подумай: если разразится война…

– Я знаю. Если начнется война, будет еще хуже.

Но таким способом войну не остановить. Я совсем не это искал. Люди все равно смогут воевать и убивать.

– Дубинами, – сказал Улисс. – Может быть, луками и стрелами. Винтовками, пока они не выйдут из строя или пока не кончатся патроны. Люди забудут, как делать порох, как добывать металл для пуль и прочие подобные вещи. Пусть вражда и не прекратится, но, во всяком случае, мир избежит катастрофы. Не погибнут в ядерных взрывах города, потому что никто не будет знать, как запустить ракету или как подготовить боеголовку к запуску.

Скорее всего, люди просто перестанут понимать, что такое ракета или боеголовка. Исчезнет вся современная связь. Прекратит существование весь транспорт, за исключением простейших повозок. Война – кроме мелких локальных конфликтов – станет невозможна.

– Ужасная картина… – произнес Инек.

– Война не менее ужасна, – сказал Улисс. – Тебе выбирать.

– Но сколько это продлится? – спросил Инек. – Мы же оглупеем не навсегда?

– На несколько поколений, – ответил Улисс.

 – Потом эффект, если можно так сказать, обработки начнет сходить на нет. Люди в конце концов стряхнут с себя это оглупляющее оцепенение, и снова начнется интеллектуальный подъем. Фактически цивилизация получит второй шанс.

– Но спустя еще несколько поколений они снова могут прийти к той же самой ситуации, что мы имеем сейчас.

– Возможно. Хотя маловероятно. Развитие культуры вряд ли пойдет тем же путем.