Ветер чужого мира

– О других ничего не слышно?

Джо покачал головой.

– В последний раз, когда я звонил в Вашингтон, ничего нового не сообщили. Вчера звонил. Они делают все, что могут, конечно, но тут не разбежишься. Единственный путь – статистика. Сначала надо найти место, где никто не болеет, а когда найдешь – если найдешь, – еще и определить, из-за кого это происходит.

– Еще одного вроде Эрни…

– Да, еще одного. Знаешь, я думаю, другого такого нет. Он – мутант.

– Но вдруг существует еще один мутант?

– Слишком мало, я думаю, на это шансов.

Но даже если еще один такой существует, где уверенность, что мы его найдем? То, что обнаружили Эрни, это просто слепая удача.

– Неправильно мы все делаем.

– Конечно неправильно. Правильно, по-научному было бы определить, почему он такой. Пытались, помнишь? Черт, почти целый год возились! Каких только проверок не делали, измучились, а он всю дорогу еще и выпендривался. Все ему домой к Сузи, Джозефу и Бабуину!

– Может, они бросили работу на пороге открытия…

– Не думаю, – покачал головой Джо.

 – Я разговаривал с Розенмайером. Он сказал, дальше работать бесполезно. А чтобы такой человек, как Рози, признал это, дела должны быть действительно плохи. Сколько было споров, прежде чем они решились на эту операцию! Но когда стало ясно, что мы, скорее всего, ничего не узнаем, Эрни уже просто нельзя было держать в Вашингтоне. Раз уж его нашли, надо хоть как-то его использовать.

– Но страна так велика. Столько городов… Гетто… Столько всяких грязных дыр… Столько несчастий.

Мы водим его всего по несколько миль в день. Мимо больниц, домов престарелых и…

– Но не забывай, что на каждый его шаг приходится, может быть, десяток излеченных. Еще столько же не подхватят болезнь, которой непременно бы заболели, если бы не он.

– Он-то как этого не понимает? Сколько ему объясняли! Он должен быть только рад такой возможности помочь людям.

– Я же говорю, он дурак. Эгоистичный дурак.

– Его точку зрения тоже можно понять, – сказал Чарли. – Выдернули человека из дома…

– У него никогда не было дома.

Спал на скамейках или в ночлежках. Кое-как перебивался. Изредка воровал. Если повезет, получал бесплатную похлебку где-нибудь на кухне. А так шарил по мусорным бакам.

– Может, ему это нравилось.

– Может быть. Полная безответственность. Жил день за днем, как животное. Но сейчас у него ответственное дело – может быть, более важное и ответственное, чем когда-нибудь кому-нибудь выпадало. Ответственность надо принимать.