Девственница для ректора, или Приключения няши-слоняши

– Мы еще не закончили! – гаркнул я и вновь прыгнул на врага. Тот отпрыгнул, зашипел и выпустил.

– Да я тебя!.. – вновь по-человечески заговорил котяра, как вдруг в мою дверь постучали.

– Игорь Филиппович! К вам можно?

Мы с котом уставились на дверь. Не дожидаясь моего ответа, дверь распахнулась, и ко мне вошла Ялира Петровна Субботина. Здрасте-приехали, только ее и ждали. Женщина наградила меня хитрой улыбкой и сделала шаг вперед.

– Здравствуйте, – промурчала она.

В руках женщины красовалась моя шуба.

– Артур Викторович, растяпа, забыл у меня вашу шубу. – Ялира протянула мой плешивый наряд, который я терпеть не мог.

– Спасибо. Можете идти, – указывая ей на дверь, сказал я.

– Как же благодарность?

Портниха многозначительно смотрела на меня, чего-то ожидая.

– Что вам, денег дать?

– Не-е-ет, – пропела она, сокращая расстояние между нами до минимума.

В нос ударил густой запах приторно-сладких духов. Захотелось чихнуть. Кот противно мявкнул, глядя на нас.

– Поцелуйте меня, Игорь Филиппович. Всего один крохотный поцелуй. – Она вытянула губы трубочкой, пытаясь дотянутся до моего рта.

Кот ехидно хохотнул.

– Эм… Что вы себе позволяете, Ялира Петровна? – Я пятился от портнихи, которая, прищурив один глаз, надвигалась на меня, словно цунами.

– Ну же, Игорь Филиппович, один ма-а-аленький поцелу-у-уйчик. Ну что вам стоит? Вы такой статный и представительный мужчина, вы мне так нравитесь, – мурлыкнула она, на что кот фыркнул.

Я пытался отодвинуться, сделал назад еще два шага, споткнулся о выпавшие из шкафа книжки и рухнул на них пятой точкой.

Ялира Петровна незамедлительно этим воспользовалась, резво прыгнув на меня и сжав в объятиях. Превозмогая тошноту от запаха ее духов и исходящего от нее «помоечного» амбре (все-таки, не невинная девица, а видавшая виды бабища, да еще и какие виды), я отводил голову назад все дальше и дальше, пока, наконец, не уперся головой во всё те же книжки. Больше бежать было некуда.

Затылком чувствуя жесткие корешки тяжелых фолиантов, я по миллиметру двигался прочь от рыжей лахудры, не сбавлявшей напора. Кот уселся мне на правое предплечье, то ли победно мурлыкая, то ли хихикая, и я почувствовал, как острые коготки впились мне в запястье. Мерзкая портниха, похоже, не бросила своей дурной привычки подымить трубкой в своей каморке, и теперь от ее выпяченных губ несло дешевым табаком и не менее дешевой помадой. К горлу подкатывало.