Все ловушки Земли

Только связка нервных окончаний, вероятно, без сенсорного восприятия, такого как у нас, но более чем вероятно, что у них другое, полностью отличающееся от нашего сенсорное восприятие. Чувствительные создания. Музыка для них – выражение сенсорных впечатлений. Они не могут повлиять на то, как они поют, так же как ночная бабочка – справиться с желанием лететь на пламя свечи, не сознавая, что это убьет ее. Они по природе телепаты. Они принимают мысли и передают их в пространство. Не удерживают ни одной мысли, понимаете, только передают – подобно старинным телефонным проводам.

Мысли, которые слушатели, под воздействием музыки, принимают.

– И красота этого заключается в том, – подхватил Невин, – что если бы когда-либо позже слушатель осознал свои мысли и задумался по этому поводу, то был бы убежден, что они являлись его собственными, что они вертелись у него в голове все это время.

– Умно, а? – спросил Картрайт.

Уэст вздохнул свободнее.

– Умно, да. Я не думал, что вы, парни, способны на такое.

Уэст хотел задрожать и понял, что не может, и дрожь начинала расти внутри него, и казалось, что его туго натянутые нервы сейчас разорвутся.

Картрайт сказал:

– Так что у нашей Стеллы все получается хорошо.

– О ком вы? – спросил Уэст.

– Стелла. Другая. Та, что с лицом.

– А, понятно, – кивнул Уэст. – Я не знал, что ее зовут Стелла. На самом деле никто о ней ничего не знает. Однажды ночью она неожиданно появилась в качестве сюрприза на одной из телесетей. Ее объявили в качестве таинственной певицы, а затем люди начали называть ее Белой певицей.

Она всегда пела, освещенная тусклым голубым светом, понимаете, и никто никогда не видел ее лицо отчетливо; несмотря на это, каждый, конечно, считал ее красавицей.

Телесеть не ставила под сомнение то, что она была инопланетянкой. Сообщили, что она – представитель таинственной расы, которую Джастон Ллойд нашел на Астероидах. Вы помните Ллойда, нью-йоркского пресс-агента?

Невин потянулся к нему через стол.

– И люди, правительство, они ни о чем не подозревают?

Уэст кивнул.

– Почему они должны сомневаться? Ваша Стелла – чудо. Все сходят по ней с ума. Газеты просто обезумели. Киношники…

– И перед ней преклоняются?

– Преклоняются, – ответил Уэст.

– А вы? – спросил Картрайт, и в громовом голосе мужчины Уэст почувствовал вызов.

– Я узнал, – сказал он, – и прибыл сюда, чтобы присоединиться.

– Вы точно знаете, о чем просите?

– Да, я знаю, – ответил Уэст, надеясь, что это так.