Все ловушки Земли

У меня отняли мое тело, мои устремления, почти всю мою человеческую сущность. Перекроили сознание, вложили в него другие понятия и представления. Перехитрили меня по всем статьям, кроме одной – той, по которой, сами о том не подозревая, они перехитрили сами себя. Возможно, они все-таки обнаружили во мне ненависть, но сочли ее пустяковым изъяном биохимии. Сказал же тот омар: я плохо собран. Но не так уж важно, ошибка это или недосмотр. Важно, что теперь их эксперимент обречен на провал.

Человек, в котором сохранилась толика ненависти, никогда не потеряет полностью связь с человеческим.

Я держался за свою ненависть и чувствовал, как она остывает. Ледяная ненависть – самая сильная, самая надежная. Она ведет тебя, подстегивает, ни на миг не оставляя в покое. Жгучая ненависть быстро угаснет, а ледяная никуда не денется; она всегда в твоем сердце и во всех потрохах; она постоянно будоражит твой разум и заставляет сжиматься кулаки, даже когда некого бить.

Нет у меня кулаков, подумал я.

Вообще нет рук. Я всего лишь покрытый броней овоид с дурацкими гусеничьими ножками и торчащими глазными стебельками.

И тут будто включился внутри меня биологический компьютер, и в сознание потекли данные обо мне – очень медленно, аккуратно, чтобы не ошеломить меня, не перегрузить.

Я узнал кое-что о руках.

Еще какое-то время я не смогу ими пользоваться. Но они уже есть, формируются под панцирем и в свое время выберутся на свободу. Случится это после линьки. И не только руками я обзаведусь – будут и другие придатки, и новые чувства, и дополнительные возможности; я уже смутно вижу их в тумане будущего.

Насчет рук уверен только потому, что они мне не в диковинку. Руки у меня уже были, я знаю, как ими пользоваться.

Чего нельзя сказать о прочих ожидаемых новшествах. Но я и с ними разберусь, дайте только срок. Досконально изучу себя – опытный образец организма, тщательно сконструированного омарами с целью когда-нибудь самим обзавестись такими же превосходными телами.

Нет сомнений, что создать идеальное тело туземцы задумали давно. И они на славу поработали мозгами, все просчитали, учли все нюансы. А теперь я возьму их планы и расчеты, их светлые надежды и грязные комбинации – возьму да и запихну им же в глотку! Вот заполучу руки, новые чувства и бог знает что еще – и сразу же разберусь с негодяями.

Мне уже не вернуться в человеческий мир – к женщинам, деньгам, еде и выпивке. Но все это больше без надобности.