Все ловушки Земли

– Это был Александер, – сказала Нелли за спиной Макензи. – Больше он нас не потревожит.

Фактор Нельсон Харпер раскуривал трубку, когда прозвучал сигнал видеофона. Испуганно вздрогнув, он щелкнул переключателем. На экране появилось лицо Макензи – грязное, потное, искаженное страхом. Не тратя времени на приветствия, Макензи заговорил:

– Отменяется, шеф. Сделка не состоится. Я не могу забрать деревья.

– Ты должен их забрать! – рявкнул Харпер. – Я уже связался с Землей, и дело закрутилось. Они себя не помнят от радости и пообещали, что корабль вылетит к нам в течение часа.

– Ну так свяжитесь снова и скажите, что все сорвалось, – буркнул Макензи.

– Ты же уверял, что все на мази, никаких осложнений не предвидится! Или не ты клялся доставить их, даже если тебе придется ползти всю дорогу на четвереньках?

– Я, я, – отозвался Макензи, – кто же еще? Но тогда я не знал того, что знаю сейчас.

– Компания сообщила о нашей удаче всей Солнечной системе, – простонал Харпер. – Радио Земли ведет через Меркурий передачу на Плутон.

Какой-нибудь час спустя все мужчины, женщины и дети узнают, что на Землю везут музыкальные деревья. Мы ничего не можем поделать, понимаешь, Макензи? Мы должны забрать их!

– Я не могу, шеф, – упорствовал Макензи.

– Но почему? – возопил Харпер. – Ради всего святого, почему? Если ты не…

– Потому что Нелли сжигает их. Она отправилась в Чашу с огнеметом в руках. Скоро на планете не останется ни одного музыкального дерева.

– Останови ее! – взвизгнул Харпер.

 – Чего ты ждешь, беги и останови ее! Как угодно, хоть расплавь на месте, я разрешаю. Эта дура…

– Я сам приказал ей, – перебил Макензи. – Вот закончу с вами и пойду помогать.

– Ты что, спятил? – вконец разъярился Харпер. – Идиот полоумный! Да тебя съедят живьем! Скажешь спасибо, если…

На экране мелькнули две руки. Они сомкнулись на горле Макензи и поволокли того прочь. Экран опустел, но не совсем, на нем что-то мельтешило. Впечатление было такое, будто прямо перед видеофоном идет жестокая драка.

– Макензи! – закричал Харпер. – Макензи!

Внезапно экран словно разлетелся вдребезги.

– Макензи! – надрывался фактор. – Макензи, что происходит?

Экран ослепительно вспыхнул, взвыл, точно баньши, и погас. Харпер застыл как вкопанный с микрофоном в руках. Его трубка валялась на полу, из нее сыпались тлеющие угольки. В сердце фактора мало-помалу закрадывался страх, холодная и скользкая змея; страх терзал Харпера и насмехался над ним.