Солдат императора

Они, выродки, такое делают с пленными… Снимут кирасу и вспорют брюхо, а кинжал сперва в дерьмо окунут. И тогда считайте, что вам повезло. Зверье, никаких понятий об обычаях честных воинов.

– Га-га-га, – это заржали сразу трое ветеранов, уютно выпивавших и закусывавших, расположившись на попонах, постеленных прямо на землю. – На себя посмотри, честный ты наш воин! – добавил один из них. – Забыл, что сам вытворял с ранеными райслауферами[9 - Reisslaufer – наемный швейцарский солдат. Главный конкурент и враг немецких ландскнехтов.

] под Мариньяно?! Чтоб я сдох, давно так не веселились!

– Иди к черту, Курт! – огрызнулся первый оратор. – Это месть, месть за погубленных наших товарищей! – Его рожа заметно покраснела. – А месть – в наших обычаях!

Веселье заметно набирало градус:

– Ага, Ральф, дружище! – Курт давился от еле сдерживаемого хохота. – Особенно в наших обычаях трахать в жопу пленного барабанщика, ха-ха-ха-ха… вот отомстил так отомстил!

– Заткнись, – прошипел Ральф, причем его корявая изрубленная ручища нащупывала рукоять меча, – лучше заткнись! Я не трахал никакого пленного барабанщика!

– Ага, – отозвался голос с другого конца стоянки; народ живо прислушивался к нарастающей перепалке, – всем известно, что он был не пленный, а уже дохлый, га-га-га-га! – На этот раз поголовно все покатились со смеху, причем наш доблестный командир возглавлял веселье, лежа на спине и стуча кулачищем по земле; безудержные раскаты ухающего смеха затопили полянку, на которой мы обедали.

Эти люди любили вот так вот безудержно хохотать, хотя шутки у них были те еще… Тут кто-то запел:

A тот, кто труп врага е…ет,

едва затихнет бой,

доспех пускай в обоз сдает,

а труп берет с собой,

его работой елдака разделать под орех,

поскольку вые…ать врага

и дохлого не грех![10 - Фрагмент современной сатирической поэмы «Фаллическая правда» Е. Юркевича.]

Смеяться больше никто не мог, весь наш славный отряд совершенно потерял боеспособность: кто-то постанывал, согнувшись в три погибели, кто-то катался по земле, кто-то обессиленно обнимал дерево: личный состав стонал и всхлипывал.

Глядя на товарищей, Ральф оставил свои кровожадные намерения и начал заметно прыскать.

– Знаете что, kameraden, идите-ка вы все к черту! Я посмотрю, как вы будете ржать, когда три колонны озверевших козопасов навалятся с пиками и алебардами наперевес!

Вот такими милыми и незатейливыми шутками мы скрашивали досуг на отдыхе и в походе.