Откровение Элохим

Нет же, она не вдова, она свободна! Свободна, от вечных унижений, от его присутствия, от его запаха в своей кровати, от его вечного недовольства. Она свободна! Прожгла мысль мозг. Свободна! Словно упиваясь этой мыслью, думала она. Её сердце вдруг радостно вздрогнуло и за долгие годы впервые неожиданно для неё самой, ожило. Её глаза вдруг вспыхнули огнём, заблестели и зажглись жизнью, словно до этого дня она была мертва. Она резко поднялась с кресла, в котором сидела и почти подбежала к окну распахнув его резким движением настежь.

В комнату ворвался свежий воздух, за окном была всё та же унылая погода, было сыро, и моросил дождь. Она почувствовала запах дождя смешанный с запахом мокрой земли и вдохнула этот живительный аромат полной грудью, прикрыв от удовольствия глаза. Прошептала восхищённо, словно видела этот мир впервые. – Какой восхитительный день! Её лицо за долгое время озарила улыбка.

Другая мысль пришла, заменяя восторг.

Я поставлю памятник, из большого, тяжёлого камня! Она улыбнулась шире, не замечая, что говорит вслух, сказала.

– Я поставлю вам памятник, месье де Брезе!

– И надеюсь, его тяжесть придавит ваши кости в вашем склепе! – Почти выкрикнула она.

Её брови грозно сошлись на переносице, а перед её глазами возникла картина из прошлого, как будто это было только вчера, и его голос режущий, словно нож по её сердцу, каждым сказанным графом словом: «Как же вам повезло, дорогая, теперь вы графиня де Брезе».

Её глаза вспыхнули огнём, взбудораженная воспоминаниями.

Она продолжила говорить вслух.

– Я поставлю вам памятник, чтобы быть уверенной, что если вам вздумается оттуда вылезти, он вам преградит дорогу! – Презрительно закончила она.

– Он будет очень большой! – Добавила она. Закончив свою невольную речь, и не замечая, что говорит вслух сама с собой, вздохнув с ещё большим удовольствием, полной грудью, аромат промозглого дня.

Памятник на удивление всем был действительно очень большой и тяжёлый, его с трудом установили. Когда рабочие закончили с установкой, она отпустила их и осталась одна у могилы графа.

Она заговорила тихо, её обращение было к графу, словно усопший граф мог её услышать.

– Надеюсь вам нравиться ваш памятник? Я надеюсь, месье, – добавила она, нахмурив лоб и сверкая глазами, едва слышным, дрожащим голосом.