Три главные темы человечества

Что-то ее раздосадовало. Я уже пообещал себе, что возьму ее, даже если она не училась в школе, так зачем теперь эти вопросы? Спасет ли меня харизма на этот раз?

– В сущности, если хотите, можете приступать хоть сейчас, и вот – я выложил на стол несколько купюр, – Ваше первое поручение на новом месте: пойдите купите чего-то вкусного к кофе. Там на углу есть кондитерская лавка, можете взять что вам нравится, я всеядный. Только умоляю вас, не приносите сдачу, принесите еду.

– Это не шутки? – она с сомнением посмотрела на деньги, лежащие на столе.

– Послушайте, Лидия, вы много в своей жизни видели шутников вот с такими мешками под глазами? – показал я.

– Нет, – хоть и виновато, но слишком честно ответила она.

– Ах, так значит, у меня мешки под глазами, да? – рассвирепел я я вдруг, Лидия совсем сжалась, – Вот ваш первый выговор! У вас восемь минут, чтобы принести нам булочки! – закричал я, – Быстро!

От испуга она схватила со стола деньги, но дальше не шелохнулась, стоит и смотрит, как овца на удава, сжимая купюры своими жалкими тощими пальчонками.

– Лидия! – я вывел ее из транса, – Вы читать умеете?

– Да, – робко.

– Вы умеете писать, грамоте обучены?

– Да, – робко.

– Я вас поздравляю! – протягиваю руку, – Вы нам подходите! – жмет, робко, – А теперь шагом марш за булочками!

Она вышла из кабинета, слегка пошатываясь, не то от нервов, не то от подскочившего от кофе давления, не то от голода, а может от моей необъятной харизмы.

Я уже поднимаюсь, и сраный день близится к обеду, но только для тех, кто заслужил его работой с самого утра. Лидия заслужила, а я не стану себя утруждать даже ужином. Вот она сейчас пожелает мне доброго утра. Поначалу казалось, что она издевается, но очень скоро я понял, что она именно уважает мой распорядок дня, и коли я прихожу на работу, полчаса как поднявшись с постели, стало быть у меня утро, и только благодаря ее глазам – настоящее, солнечное утреннее утро.

После того, как буркну ей «привет», она подождет, пока я сниму плащ, и плюхнусь в кресло. Предложит мне кофе, я соглашусь, она нальет, и поставит мне на стол белоснежную с обеих сторон кружку. Пока я буду пить, она напомнит мне о парочке сраных дел, с которыми я должен разобраться прежде, чем мы оба сдохнем от голода.