Жёлтый

В глазах девочки, показалось ему, тоже кое-что читалось: удивление и симпатия.

Не успел Геша открыть рот, как подошла его мама.

– А это мой Геночка, – сказала мама, пригладив ему волосы. – Он у меня хорошенький и послушненький мальчик.

Геша попробовал уклониться от маминой руки. Взгляд девочки стал обычным, незаинтересованным. Она сказала:

– Ася.

Осень напролет Геша любил Асю. Та не больно-то выделяла его из мальчишек-одноклассников. Она была самой красивой девочкой их параллели. Геша жил с уверенностью, что Ася любила бы его, представься он решительнее.

Он многократно проигрывал в голове сцену их знакомства. Всякий раз был лучше предыдущего.

(Пользуясь возможностью оставлять заметки на полях текста моего клиента, я пишу, что в одной этой небольшой главе теплоты и человечности больше, чем во всём романе «69 ± 1 = Ad hoc». Роман Канцлера вообще кажется мне одной из самых холодных книг, что я знаю. Я решаю поговорить с Промилле об этих своих наблюдениях.)

В декабре Геша решил написать Асе любовное письмо.

Он попросил совета у мамы. Та сказала, что ему рано было засматриваться на девочек. Вечером Геша случайно услышал, как она рассказывала эту историю маме Аси. Гешу учили, что подслушивать телефонные разговоры было нехорошо. Тогда он сделал это впервые.

Итак, мама не собиралась помогать ему. Более того, мама возлюбленной Геши знала о его чувстве. Найди она у Аси письмо, его мама вызнала бы это. Нужно было зашифровать письмо и рассказать Асе ключ. Двоюродный брат Геши Митя кое-что рассказывал ему о шифровании.

Кузен был старше на пять лет и разбирался в хитрых штуках.

Гешу завораживала присказка о розе и лапе Азора. Шифр он решил построить аналогичным способом, фразами-перевертышами. За вечер Геша сочинил два перевертыша. Один был «мертв втроем». Этот оказался с лишней буквой и не про чувства. Второй звучал еще хуже: «йогурт тругой». Впрочем, слово «тругой», быстро осознал Геша, писали через «д».

Тем же вечером Ася перенесла операцию на гландах.

Операция прошла тяжело, девочку лечили несколько месяцев. Геша хотел позвонить ей, да так и не собрался. Потом Асю забрали из школы. Больше Геша ее не встречал.

Письмо из прошлого Канцлера Промилле

В начале следующей сессии я начинаю было разговор о новом тексте Канцлера, но собеседник прерывает меня:

– Погодите, есть сюжет интереснее. У нас тут электронное письмо. Иные пунктуационные решения в нём удивляют. Хотя на слух они вряд ли заметны.