Все было не так

Они нашли ее старый дневник и хотели использовать выдержки, как они сказали, «вдохновляющей истории отказа отречения от веры даже перед лицом смерти». Книгу продали на аукционе, издатель заплатил за нее шестизначную сумму. А Голливуд уже заинтересован в том, чтобы адаптировать ее для фильма.

«Ее забрали у нас три года назад, – писала Рут Макхейл. – Нам было сложно. Иногда нам с мужем казалось, что у нас не осталось сил жить. Но Господь не оставил нас. Вознес, когда мы больше всего в Нем нуждались. И я знаю, Он хочет, чтобы мы не дали угаснуть памяти о Саре.

Убедились, что никто не забудет, какой храброй и преданной своей религии она была. Хотелось бы всем нам быть такими же сильными, как Сара».

Я несколько раз перечитала цитату, и с каждым разом мне становилось хуже. Во мне одновременно боролось сразу несколько чувств: злость, грусть, вина.

И страх.

Если это действительно происходит, если появится книга и, возможно, фильм, на нас снова обратят внимание. Убийство появится в новостях. Перескажут по-новому и повторят истории.

Все, что в первый раз мир понял неправильно, снова вытолкнут на поверхность. Мало мне реальных воспоминаний того дня, так теперь меня будет преследовать и перекрученная версия.

И Келли будет только хуже.

Я едва успела добраться до ванной, как мой желудок сдался и вывернул съеденную по пути домой из леса картошку фри. Как глупо с моей стороны было думать, что можно спокойно купить фастфуд по пути, что эта годовщина станет первой без тошноты. Нет. Три из трех.

Я нажала на кнопку смыва и села на пол, прислонив голову к стене, начала медленно дышать. У нас маленький дом, тонкие стены, так что я не удивилась, когда в коридоре со скрипом открылась мамина дверь.

– Ли? – спросила она сонным голосом. – Детка, все хорошо?

До стрельбы она спала не так чутко, но после было достаточно незначительного шума, чтобы она проснулась, знака, что что-то не так. Иногда я была благодарна за это, например, когда мне снились кошмары и она будила меня. Но в целом я бы с радостью осталась одна, без гнетущих мыслей о том, что беспокою ее.

– Все нормально, – ответила я. – Я в порядке, мам. Можешь вернуться в кровать.

– Хорошо… Не засиживайся допоздна.

– Не буду. Спокойной ночи.

Дверь комнаты снова скрипнула, но я не слышала, чтобы она захлопнулась – значит, мама оставила ее приоткрытой. Она не будет спать, пока не услышит, что я легла.

Я вздохнула и поднялась. Пока чистила зубы, мой пустой живот крутило.