Фарландер

Единственным торговым маршрутом, связывавшим Бар-Хос с Мерсией, оставался занзахарский, но и на нем конвои подвергались опасности. Пробиваться приходилось с боями, и при этом корабли постоянно становились добычей неприятеля.

Морская и сухопутная блокады служили удавкой, постепенно затягивавшейся на шее Свободных портов, и в результате люди выживали только за счет бесплатного киша, раздачу которого организовал городской совет. Некоторые горожане выращивали что-то на крышах или на крохотных огородиках. Другие становились на кривую дорожку преступлений или проституции.

Третьи пытались выдавать себя за монахов Дао, которым закон все еще позволял выпрашивать милостыню на улицах. Большинство же просто голодали, как Нико.

Дома, по крайней мере, не придется беспокоиться о хлебе насущном и крыше над головой. К тому же, зная маму, можно ожидать, что она либо выгнала Лоса, поняв его истинную сущность, либо он сам сбежал от нее, прихватив, несомненно, все более-менее ценное, а значит, место отца занимает кто-то другой.

Останавливало одно: возвращение к матери означало бы признание того, что он неудачник, неспособный стоять на собственных ногах.

«Но ты и есть неудачник. Даже о Буне не смог позаботиться. Дал ему умереть».

Нет, к этому Нико готов еще не был, а потому и мысль о возвращении отогнал решительным кивком.

Время близилось к полудню, и навесы уже трепетали под горячим дыханием асаго, приходившего всегда в это время года и особенно в этот час. Удушающий зной гнал людей с улицы в относительную прохладу ближайших таверн, где жару можно перенести в тишине и покое, в размышлениях о делах или за игрой в иланг, потягивая из крохотных чашек густой чи.

Почти не замечая жары и пользуясь тем, что площадь изрядно опустела, Нико направился к ее юго-западному углу, где она выходила к широкой бухте.

Там-то он и обнаружил уличных артистов, облюбовавших это место из-за выгодного положения между гаванью и базаром и близости к основному маршруту, по которому постоянно перемещались в обоих направлениях портовые грузчики.

Многие из этой братии уже сворачивались перед сиестой, но самые стойкие – и, скорее всего, самые нуждающиеся – предпочли остаться, невзирая на духоту. Миновав жонглеров, фокусников, предсказателей и монахов с их чашами для подаяний – его мать всегда называла их самозваными побирушками, Нико заметил разыгрывающих некое представление актеров и пробился через толпу поближе к импровизированной сцене.