Фарландер

– Больно уж вид не нравится, – объяснил Нико, вспомнив первое утро, когда, распахнув ставни, тут же отшатнулся в ужасе от увиденного. – Со мной определенно что-то не так, – простонал он, кладя на живот руку.

Берл ухмыльнулся:

– Меня в первом полете тошнило целую неделю. Обычное дело. Просто у некоторых крылья вырастают быстрее, чем у других.

– Крылья?

– Да. Но ты не беспокойся – через пару дней будешь в порядке.

– Если не помру раньше.

Берл поднес к его губам мех с водой.

На вид парнишке было лет четырнадцать, не больше, но держался он не по годам уверенно.

Вытирая рот, Нико присмотрелся к юнге повнимательнее. Лицо узкое, у бровей, особенно над глазами, мелкие шрамы, напоминающие давно зажившие раны.

– Работал под Щитом, – объяснил Берл, перехватив его взгляд.

Вот оно что. Отец как-то рассказывал, что защитники города иногда используют в туннелях мальчишек. Подкопы часто бывают слишком узкими для взрослых мужчин, и тогда в них запускают детей или специально обученных собак.

Нико даже упомянул, что его отец тоже сражался у стен города, но Берл не стал развивать тему и только кивнул, а потом поставил на пол мех с водой.

– Пока хватит, но ты должен постоянно пить, слышишь?

– Да, буду, – пообещал Нико. – А скажи-ка, где мы сейчас?

– Над Салиной. Утром прошли над ее восточным побережьем.

– А я думал, мы уже идем к Чиму.

– Пойдем, когда поймаем попутный ветер. Капитан старается по возможности не тратить топливо. Вот поймаем ветер и сразу рванем на север, через блокаду.

Да ты не волнуйся, воздухолетов у маннианцев не больше нашего, а «Фалькон» – корабль быстрый, так что пройдем с ходу.

Берл повернулся к выходу.

– Если будешь сносно себя чувствовать, выходи на палубу. Свежий воздух хорошо помогает. – Он легко пересек каюту, хотя пол уже заметно накренился – корабль снова набирал высоту. Нико услышал, как загудели движители, сжигая драгоценное топливо.

У выхода Берл остановился и обернулся, держась рукой за косяк.

– А ты и правда будешь учиться на рошуна?

– Вообще-то это вроде как секрет, – ответил Нико.

Юнга кивнул и задумчиво выпятил губу. Потом вышел, притворив за собой хлипкую дверь.

Нико снова лег и закрыл глаза. Не видя наклона, сдерживать тошноту было легче.

Прошло всего лишь несколько дней, а прежняя жизнь казалась такой далекой.

На следующее утро полегчало. Похоже, истощенный организм решил устроить себе разгрузку и не обращать внимания на проблемы, тревоги и волнения.