Бедные богатые девочки, или Барышня и хулиган

 – Мы сами еще влюблены в наших мальчиков, нервно курим в туалете, думаем о своих романах, а наши маленькие девочки стоят под дверью и ноют: – Мама, ну когда ты выйдешь, мама! – Покурю и выйду, иди поиграй пока.

И дальше – перебирать «любит, не любит, плюнет, поцелует…». А малышки, оказывается, скоро сами нервно закурят! Содрали розовые бантики и бегут во взрослые любови, отталкивая своих мамочек!»

…Пятилетняя Маргоша всегда ревниво следила за справедливым распределением благ между собой и Дашей.

– Да, мамочка, знаю я тебя, – завистливо говорила она.

 – Ты и мужов поменяешь, если захочешь, а я в своем синем платье уже на празднике в саду была, и в цирке была…

Задумавшись, Даша не расслышала шороха в прихожей. Дверь распахнулась, и в комнату влетела сначала Маргошина крошечная сумочка, которую она брала в школу вместо портфеля, а следом за сумкой ворвалась сама Маргоша. Взгляд ее в панике остановился на Игорьках в Дашиных руках.

– Что ты здесь делаешь?! – выпучив глаза, заорала Маргоша на пределе склочных сил.

 – Что… ты… делаешь… в моей… комнате?

Застигнутая врасплох, Даша бросилась в атаку:

– Ты опять отправилась в школу с дамской сумочкой! У тебя в нее даже тетрадка не влезает, но ты же в школу ходишь не учиться…

Разглядев в Маргошиных глазах ужас и беспомощность человека, чью самую сокровенную тайну неожиданно вывесили на доске объявлений, она спохватилась и, пряча глаза, залепетала:

– Зашла к тебе, убрать хотела…

«Вот черт, неудачно!» – одернула себя Даша.

Она давно уже решительно объявила Маргоше: «Я берлогу сумасшедшего зверя убирать не собираюсь!»

Лет с восьми Маргоша убирала, вернее, не убирала, сама, и Даша никак не могла оказаться у нее в комнате с целью уборки помещения.

Помимо собственной персоны Маргоша обычно распределяла на кровати все необходимые ей книги, косметику, чистую и грязную одежду вперемешку. Все это, включая тарелки с объедками и саму себя, она накрывала одеялом и преспокойно спала рядом.

Маргоша злобно металась глазами по комнате, старательно минуя Дашу.

Ее покрасневшее лицо выражало стыд и одновременно желание сделать вид, что ничего не произошло.

– Я не рылась у тебя, честно, – обреченно ожидая продолжения скандала, сказала Даша. – Фотографии, которые ты выкрала, сами вывалились. Ты бы получше прятала, – по-свойски посоветовала она.

Она провела рукой по рыжим кудряшкам. Маргоша неуверенно отодвинулась. Между ними давно уже этого не водилось.