69 +/– 1 = Ad hoc. Второе издание

Полгода назад она ушла в другую фирму. Теперь Горгоной боялся при каждой встрече.

Сегодня он испугался вдвойне: ногти Лены были черного цвета.

– Ты расстался с Вероникой?

– Именно это я сказал.

– И давно?

– Пару месяцев назад.

– Как же вы расстались?

– С обвинениями, кровью и боем посуды.

– Правда? Расскажи.

– Шучу, я сказал «Пока» и ушел.

Веронике не хватило слова «Пока». Горгоной несколько раз залепил ей по физиономии, чтобы любовница в достаточной степени оскорбилась и убралась.

Опасаясь за желудок, Акемгоним выбрал пиццу «четыре сыра».

– И вы больше не общаетесь?

– Нет.

– Но ты поздравил ее с Новым годом?

– Не поздравил.

– А она тебя?

– Поздравила.

– И что сказала?

– Написала. Я не снял трубку.

– Что написала?

– Довольно замысловатое поздравление, не лишенное грамматических ошибок.

– Ты не ответил?

– Нет.

– Почему?

– Потому что я Акемгоним Горгоной, и мне наплевать.

– Почему просто не ответить на поздравление?

– Я не общаюсь с бывшими.

– Как хорошо, что мы с тобой никогда не встречались!

– Это да. То есть нет. То есть я не знаю. Наверное. Может быть. Что уж теперь гадать.

– И ты теперь один?

– Как перст.

– То есть у тебя никого нет?

– Только кот и руки не для скуки.

– Скучаешь по Веронике?

– Невозможно скучать по женщине, которую трахал целый год.

– Она тебе пишет?

– Слушай, давай я каждое ее письмо буду отсылать тебе? Можешь отвечать ей. Хочешь, от моего имени.

Хочешь, от своего. Напиши, что я держу тебя в сексуальном рабстве. Что ты прикована к батарее. Что на завтрак у тебя белковый коктейль. Она поймет, что это значит. А на ужин фистинг, сквирт и куни. Что ты умоляешь вызвать полицию. Что я совершенно обезумел. Поинтересуйся, как она управлялась с моим темпераментом. Узнай, как тридцатипятилетняя баба выдерживала четырехчасовые сексуальные марафоны.

В общем, девочки, развлекитесь уже без меня. Я постоянно играл роль сломанного телефона.

Когда мы были соседями, Вероника дико ревновала. Она исползала твои аккаунты в соцсетях. Критиковала твои шмотки. Ненавидела тебя. Она давно канула в Лету. Но сейчас уже ты засыпаешь меня вопросами…

– Два месяца это не давно!

– Давно.

– Но…

– Вероники нет, и баста. Если я тебе очень нужен, можешь раздеваться прямо здесь. Или подумай об этом дома.

– Я… я подумаю об этом.

Некоторое время они ели: Акемгоним молча, Лена чавкая.