Напоминание о нем

* * *

Говорят: «упасть в любовь», но, если подумать, упасть – такое грустное слово. Падать плохо. Можно упасть на пол, упасть духом, упасть с небес на землю.

Кто бы ни был тот первый человек, сказавший «упасть в любовь», он, должно быть, уже из нее выпал. Иначе бы он назвал это как-нибудь получше.

Скотти сказал мне, что любит меня, где-то посередине наших отношений. В тот вечер я должна была в первый раз встретить его лучшего друга. Я уже познакомилась с его родителями, и он был в восторге, но не в таком, как в тот момент, когда он собирался представить меня своему лучшему другу, которого считал братом.

Но эта встреча так и не состоялась, я уже и не помню почему. Это было давно. Его друг не смог прийти, и Скотти огорчился, так что я испекла ему печенье, мы выкурили косяк, и я отсосала ему. Я была лучшей на свете девушкой.

Пока не убила его.

Но это было за три месяца до его смерти, и в тот вечер он, хоть и грустил, был очень даже живым. У него билось сердце, стучал пульс, вздымалась грудь, а в глазах стояли слезы, когда он сказал: Черт, Кенна, я люблю тебя.

Люблю больше, чем кого-либо на этом свете. Я всегда скучаю по тебе, даже когда мы вместе.

Эти слова запали мне в душу. Я всегда скучаю по тебе, даже когда мы вместе.

Я думала, это единственное, что я запомнила из того вечера, но я ошибалась. Я запомнила кое-что еще. Имя.

Леджер.

Лучший друг, который так и не пришел. Лучший друг, которого я так и не встретила.

Лучший друг, который только что засунул язык мне в рот, руку мне под футболку и свое имя мне в грудь.

6

Леджер

Я не понимаю, как устроено влечение.

Что, что привлекает людей друг в друге? Почему десятки женщин еженедельно входят в двери этого бара и мне не хочется даже взглянуть на них лишний раз? Но потом появляется эта девушка, и я не могу оторвать от нее своих чертовых глаз.

А теперь и губ не могу оторвать.

Не знаю, почему и для чего я нарушил свое же собственное правило «никаких шашней с клиентами». Но что-то в ней говорило, что у меня единственный шанс.

Я почувствовал, что она в городе проездом либо не собирается возвращаться сюда. А сегодняшний вечер стал исключением из ее привычного образа жизни, и если я упущу сейчас возможность, то буду жалеть об этом до самой старости.

Она казалась тихоней, но не из тех стеснительных тихонь. Она была тихой, как пламя, как шторм, что подбирается к тебе, а ты не замечаешь этого до тех пор, пока не начнешь до костей дрожать от грома.