Битва за Рим

Ливия Друза, его единственная сестра, – прелюбодейка… Лишь сейчас он понял, как она ему дорога: ее беда была и его бедой, бремя вины лежало на его плечах.

– Это я виноват, – проговорил он, кривя губы.

Она опустилась на ложе:

– Полно! Кроме меня, тут некого винить.

– Так это правда? У тебя есть любовник?

– Был. Первый и последний. Я не виделась с ним и ничего о нем не знаю с тех пор, как покинула Тускул.

– Но Цепион мучил тебя не из-за этого.

– Нет.

– Тогда из-за чего?

– После Марка Порция я уже не могла притворяться, – призналась Ливия Друза.

 – Мое безразличие злило его, и он стал меня бить. А потом он обнаружил, что ему нравится избивать меня, что это его… возбуждает.

Глядя на Друза, можно было подумать, что его вот-вот вырвет; воздев руки, он беспомощно взмахнул ими.

– О боги, в каком мире нам приходится жить! – выкрикнул он. – Я причинил тебе страшное зло, Ливия Друза.

Она присела в кресло для клиентов.

– Ты действовал сообразно своим взглядам, – мягко ответила она. – Поверь, Марк Ливий, я поняла это уже много лет назад. С тех пор твоя неизменная доброта ко мне заставила меня полюбить тебя и Сервилию.

– Моя жена! – спохватился Друз. – Как это отразится на ней?

– Ее не должна касаться эта грязь, – сказала Ливия Друза. – Она беременна, ей покойно, и нам нельзя ее расстраивать.

Друз вскочил.

– Оставайся здесь, – велел он сестре, направляясь к двери.

 – Я должен проследить, чтобы братец не сболтнул ей ничего, что могло бы ее расстроить. Выпей вина. Я скоро.

Но Цепион даже не вспомнил о сестре. Из кабинета Друза он бросился прямиком в свои комнаты. Дочь рыдала и цеплялась за его пояс, пока он не отвесил ей пощечину и не запер у себя в спальне. Там, в углу, Друз и нашел ее, по-прежнему всхлипывающую.

Слуги уже приступили к своим обязанностям, поэтому Друз мог отвести ее в детскую, где к стене жалась перепуганная нянька.

– Успокойся, Сервилия! Сейчас Стратоника вымоет тебе лицо и накормит тебя завтраком.

– Я хочу к моему tata!

– Твой tata покинул мой дом, дитя, но не отчаивайся: я уверен, что он, управившись с делами, пошлет за тобой.

Утешая девочку, Друз сам не знал, нужно ли сердиться за выложенную правду или благодарить ее за это. Сервилия мигом просияла.

– Обязательно! – воскликнула она, проходя с дядей под колоннадой.