Битва за Рим

– Мы бы выращивали еще больше хлеба, будь у нас куда его сбывать, – объяснял этнарх в Синде. – Скифам сразу полюбился хлеб, и они научились обрабатывать землю и выращивать пшеницу.

– Вы еще сто лет назад продавали зерно нумидийскому царю Масиниссе, – ответил Митридат. – Спрос на зерно есть. Совсем недавно римляне были готовы платить за него любую цену. Почему вы не пытаетесь наладить торговлю с новыми землями?

– Мы теперь отрезаны от мира, лежащего вокруг Срединного моря, – развел руками этнарх. – Кроме того, Вифиния взимает чрезмерно высокую плату за проход через Геллеспонт.

– По-моему, – заключил Митридат, обращаясь к своим дядьям, – мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы помочь этим прекрасным людям.

Знакомство со сказочно богатым полуостровом, именуемым греками Херсонесом Таврическим, а скифами – Киммерией, стало еще одним доводом в пользу того, в чем Митридат уже успел убедиться: земли эти должны принадлежать Понту.

Однако Митридат не обладал полководческим талантом, и ему хватило рассудительности признать это.

Военное дело его временами увлекало, да и трусом он, конечно же, не был. Но он не представлял, как распорядиться многотысячной армией, и это юный царь понял еще до того, как попробовал свои силы в бою. Начать кампанию, собрать войско – вот это было ему по душе. А командуют пусть те, кто лучше в этом разбирается.

У Понта, разумеется, были войска, однако царь не обольщался на их счет: греки, населявшие прибрежные города, относились к военной службе с презрением, а местное население, происходившее от персов, когда-то проживавших к югу и к западу от Гирканского моря, было настолько невежественно, что обучить его военному делу не было ни малейшей надежды.

Поэтому Митридату, подобно большинству восточных правителей, приходилось полагаться на наемников, по большей части сирийцев, киликийцев, киприотов и горячих выходцев из вечно враждующих семитских государств, расположенных вокруг Мертвого моря в Палестине. Они были доблестными и надежными воинами – если только им исправно платили. Стоило задержать жалованье хотя бы на день, как они собирали пожитки и отправлялись по домам.

Познакомившись со скифами и сарматами, понтийский правитель решил, что именно эти народы должны в будущем поставлять солдат для его войска: он обучит их бою в пехотных порядках и вооружит по римскому образцу. С такими воинами он сумеет завоевать Анатолию. Сперва, впрочем, предстояло их покорить.