Антоний и Клеопатра

Зачем мне это? Мне это совсем невыгодно! Своими действиями ты только напугал римлян, ожидающих, что ты пойдешь войной на них. Чего ты сделать не можешь! Твои легионы не позволят тебе. Если ты действительно хочешь восстановить свою репутацию, ты должен доказать это Риму, а не мне.

– Я не пойду вместе с тобой против Секста Помпея, если ты об этом. У меня всего-то и есть что сотня военных кораблей в Афинах, – соврал Антоний. – Этого недостаточно, поскольку у тебя кораблей нет. Дело в том, что Секст Помпей предпочитает меня тебе, и ты никак не сумеешь спровоцировать его.

В данный момент он меня не беспокоит.

– Я и не надеялся, что ты поможешь мне, – спокойно отреагировал Октавиан. – Нет, я больше думал о вещах, видимых всем римлянам, сверху донизу.

– О каких?

– О твоем браке с моей сестрой Октавией.

Антоний, открыв рот, уставился на своего мучителя:

– О боги!

– А что в этом необычного? – тихо спросил Октавиан, улыбаясь. – Я сам только что заключил брачный союз такого же рода, ты ведь знаешь.

И я очень доволен. Скрибония хорошая женщина, симпатичная, плодовитая… Я надеюсь, этот брак поможет удерживать Секста в рамках, по крайней мере какое-то время. Но Скрибония не идет в сравнение с Октавией, верно? Я предлагаю тебе внучатую племянницу божественного Юлия, известную и любимую всеми слоями римских граждан, как и его дочь Юлия. Октавия красива, очень добра и заботлива, послушная жена и мать троих детей, один из которых мальчик. Она вне подозрений, чего божественный Юлий ожидал от своей жены. Женись на ней, и Рим поймет, что ты не принесешь ему вреда.

– Зачем это нужно?

– Затем, что, если ты будешь обходиться грубо с такой образцовой женой, как Октавия, в глазах римлян ты станешь чудовищем. Даже не самый умный среди них не простит тебе плохого обращения с ней.

– Понимаю. Да, я понимаю, – медленно проговорил Антоний.

– Ну так по рукам?

– По рукам.

На этот раз Антоний пожал руку Октавиана весьма мягко.

Соглашение было подписано в двенадцатый день октября на городской площади Брундизия, в присутствии толпы ликующих жителей, которые бросали цветы к ногам Октавиана и изо всех сил сдерживались, чтобы не плевать под ноги Антонию. Его вероломства не забыли и не простили, но этот день знаменовал победу для Октавиана и Рима. Больше не будет гражданской войны. Это радовало легионеров, которые ходили по городу, еще более довольные, чем жители Брундизия.