Антоний и Клеопатра

Он принимал участие в жизни Клеопатры с тех пор, как ей исполнилось десять лет. На нем было белоснежное льняное одеяние, покрывавшее его смуглое крепкое тело от сосков до середины лодыжек. Его грудь украшали цепи, кресты, медальоны и нагрудная пластина, свидетельствующая о его высоком положении.

– Антоний ничего не расплавит, – твердо вымолвил он. – Ты, Клеопатра, поедешь в Тарс и встретишься с ним там.

– Как рабыня? Как мышь? Как побитая собака?

– Нет, как могущественная правительница. Как фараон Хатшепсут, столь великая, что ее преемник уничтожил ее картуши.

Вооруженная всеми уловками и хитростью твоих предков. Поскольку Птолемей Сотер был незаконнорожденным сводным братом Александра Великого, в твоих венах течет кровь многих богов. Не только Исиды, Хатхор и Мут, но и Амона-Ра с обеих сторон – по линии фараонов и по линии Александра Великого, который был сыном Амона-Ра и тоже богом.

– Я понимаю, куда клонит Каэм, – задумчиво произнес Сосиген. – Этот Марк Антоний не Цезарь, поэтому его можно одурачить.

Ты внушишь ему благоговейный страх, и он простит тебя. В конце концов, ты не помогала Кассию, а он не сумеет доказать обратное. Когда этот Квинт Деллий прибудет, он попытается запугать тебя. Но ты – фараон, ни один любимчик не сможет тебя запугать.

– Жаль, что флот, который ты послала Антонию и Октавиану, вынужден был вернуться, – заметил Аполлодор.

– О, что сделано, то сделано! – нетерпеливо воскликнула Клеопатра. Она снова села в кресло, вдруг погрустнев. – Никто не может запугать фараона, но… Каэм, попроси Таху посмотреть по лепесткам лотоса в ее чаше.

Антония можно использовать.

Сосиген вздрогнул:

– Царица!

– Погоди, Сосиген. Египет важнее любого живого существа! Я была плохой правительницей, вновь и вновь лишенной Осириса! Какое мне дело, что за человек Марк Антоний? Никакого! В жилах Антония течет кровь Юлиев. Если чаша Исиды скажет, что в нем достаточно крови Юлиев, тогда, возможно, я сумею взять у него больше, чем он у меня.

– Я сделаю это, – сказал Каэм, вставая.

– Аполлодор, выдержит ли речная баржа Филопатора путешествие по морю в это время года?

Ее приближенный нахмурился:

– Я не уверен, царица.

– Все равно выведи ее из дока в море.

– Дочь Исиды, у тебя есть много кораблей!

– Но Филопатор построил только два корабля, и морской корабль сгнил сто лет назад. Если я хочу внушить страх Антонию, я должна прибыть в Тарс с такой помпой, таким великолепием, какого не видел ни один римлянин, даже Цезарь.