Антоний и Клеопатра

 – Ходят слухи, что вскоре они отправятся на Адриатическое побережье, чтобы помочь Антонию высадить на берег его легионы, скопившиеся вокруг Аполлонии. Если придется сражаться против семи легионов Поллиона, семи легионов Вентидия и десяти легионов Антония, мы обязательно проиграем.

– Я не буду воевать против Антония! – вскричал Октавиан.

– Тебе нет необходимости воевать, – усмехнулся Агриппа. – Их люди не будут драться с нашими, готов ручаться головой.

– Я согласен, – сказал Сальвидиен. – Люди уже устали вести войны, которых они не понимают.

В чем для них разница между племянником Цезаря и его кузеном? Когда-то они принадлежали Цезарю. Это все, что они помнят. Благодаря привычке Цезаря перемещать своих солдат из легиона в легион они отождествляют себя с Цезарем, а не с легионом.

– Они поднимали мятежи, – упрямо напомнил Меценат.

– Только девятый легион восставал против самого Цезаря из-за дюжины продажных центурионов, которым платили дружки Помпея Магна. В остальном повинен Антоний.

Это он подначивал их, и никто больше! Он спаивал центурионов и покупал их представителей. Всячески обрабатывал солдат! – с презрением бросил Агриппа. – Антоний – сущее наказание, а не политический гений. Никакой проницательности. Почему еще он хочет высадить своих людей в Италии? Это бессмысленно! Ты объявлял ему войну? Или Лепид? Он это делает, потому что боится тебя.

– Антоний не большее наказание, чем Секст Помпей Магн Пий, если называть его полным именем, – сказал Меценат и засмеялся.

 – Я слышал, что Секст послал папу-тестя Либона в Афины попросить Антония присоединиться к нему, чтобы сокрушить тебя.

– Как ты узнал об этом? – выпрямившись в кресле, строго спросил Октавиан.

– Как Улисс, я везде имею шпионов.

– Я тоже, но этого я не знал. И что ответил Антоний?

– Вроде как «нет». Никакого официального союза, но он не будет мешать Сексту вредить тебе.

– Как тактично с его стороны. – Красивое лицо насупилось, взгляд стал напряженный. – Хорошо, что я дал Лепиду шесть легионов и послал его управлять Африкой.

Антоний слышал об этом? Мои агенты говорят, что не слышал.

– Мои тоже, – сказал Меценат. – Антонию это не понравится, Цезарь, я уверен. Когда Фангона убили, Антоний думал, что Африка уже в складке его тоги. Кто берет в расчет Лепида? Но теперь, когда новый наместник тоже мертв, Лепид выступит на сцену. С четырьмя легионами в Африке и шестью, которые он взял с собой, Лепид стал сильным игроком.