Леди из Миссолонги

Похоже, заблуждение это возникло еще во времена первого сэра Уильяма, и, к великому сожалению, никто в нашей семье даже не подумал навести справки. Если бы мы только знали, кто-то из Херлингфордов уже давно купил бы долину. На самом деле владельцем земли с незапамятных времен был какой-то попечитель дома для душевнобольных, и вот неделю назад ее приобрел на торгах в Сиднее этот ужасный человек, а мы даже понятия не имели, что она продается. Только представь себе, купил всю долину целиком, да притом за бесценок! Уму непостижимо! Уил в ярости.

– А как вы обо всем узнали? – спросила Друзилла.

– Этот молодчик заходил вчера в лавку Максуэлла перед самым закрытием. Послушай, Мисси ведь тоже там была.

Лицо Друзиллы просветлело.

– Так вот кто это, оказывается!

– Ну да.

– Значит, это Максуэлл все выведал? Он и глухонемого заставит разговориться.

– Верно. Только тот молодчик и не думал отмалчиваться: сам охотно выложил свою историю. Если послушать Максуэлла – даже слишком охотно.

Но ты ведь знаешь Максуэлла, он считает болваном любого, кто много болтает о своих делах.

– Но вот чего я не понимаю: зачем какому-то чужаку, не Херлингфорду, вздумалось покупать долину? Я хочу сказать, для Херлингфордов долина важна, потому что она в Байроне, а этот приезжий не сможет устроить там ферму. Понадобится лет десять на то, чтобы очистить землю и сделать пригодной для пахоты, к тому же в низине так сыро, что он никогда не избавится от влаги. И торговать древесиной ему не удастся: лес из долины не вывезешь – дорога слишком опасна.

Так зачем ему понадобилась долина?

– По словам Максуэлла, приезжий сказал, будто хочет просто жить один в нетронутой глуши и слушать тишину. Что ж, если этот человек и вправду не каторжник, то, надо признать, большой чудак!

– А почему, собственно, Уил решил, будто он каторжник?

– Максуэлл позвонил Уильяму, как только чужак загрузил провизию в повозку и уехал, и тот сразу же навел справки. Приезжий называет себя Джоном Смитом, как тебе это нравится? – Аврелия насмешливо фыркнула.

 – Скажи мне, Друзилла, если человек не замешан в каких-то грязных делах, станет именовать себя Джоном Смитом?

– Возможно, его действительно так зовут, – сдержанно заметила Друзилла.

– Фу! Мы постоянно читаем то об одном, то о другом Джоне Смите, а ты когда-нибудь встречала хоть одного? Уил думает, что Джон Смит это… как говорят американцы?

– Не имею ни малейшего представления.