Песнь о Трое

Она нехотя вышла на солнечный свет, словно ей больше нравилось пребывать в прохладной, наполненной влагой тени. Я смотрел на нее, не в силах отвести глаз. Маленького роста, стройная и женственная – и все же в ней было нечто такое, что назвать женственным было нельзя. Вместо традиционного одеяния с оборками и вышивками на ней был простой хитон из тонкого, прозрачного египетского льна, через который просвечивала ее кожа – бледная, с голубоватыми прожилками, кажущаяся полосатой из-за неумело окрашенной материи. Губы ее были полными, чуть розоватыми, глаза меняли цвет, переходя от одного оттенка моря к другому, – то серые, то голубые, то зеленые, иногда даже винные пополам с пурпуром, на лице никакой краски, кроме тонкой черной линии, удлинявшей контур глаз, что придавало ей слегка зловещий вид.

Ее волосы были почти бесцветными – пепельно-серые, с таким сильным блеском, что в приглушенном свете помещения казались голубыми.

Я приблизился, ведя за собой животное, которое приготовил в жертву.

– Моя госпожа, мне выпала честь быть гостем на твоем острове, и я принес Посейдону дар.

Она, кивнув, протянула руку, чтобы взять у меня веревку, и оглядела белого теленка опытным взглядом:

– Посейдон будет доволен. Я уже давно не видела такой прекрасной жертвы.

– Раз для него священны лошади и быки, моя госпожа, мне показалось, что будет уместно, если я предложу ему то, что он любит больше всего.

Она напряженно уставилась на алтарный огонь:

– Время сейчас неблагоприятное. Я принесу жертву позже.

– Как тебе будет угодно, моя госпожа.

Я повернулся, чтобы уйти.

– Подожди.

– Да, моя госпожа?

– От чьего имени мне принести жертву?

– От имени Пелея, царя Иолка и верховного царя Фессалии.

Ее глаза быстро изменили цвет с ясно-голубого на темно-серый.

– Ты не простой человек. Твоим отцом был Эак, а его отцом – сам Зевс. Твой брат Теламон – царь острова Саламин, и ты сам – царского рода.

Я улыбнулся:

– Да, я сын Эака и брат Теламона. Что же до деда – понятия не имею.

Хотя я сомневаюсь, что он был царем богов. Скорее всего – разбойником, которому приглянулась моя бабка.

– Непочтение к богам, царь Пелей, – неторопливо произнесла она, – влечет за собой возмездие.

– Не вижу, в чем мое непочтение, моя госпожа. Я исполняю обряды и приношу жертвы с полной верой в богов.

– Однако ты отрицаешь, что Зевс был твоим дедом.

– Такие сказки рассказывают, моя госпожа, чтобы усилить права на трон, чего как раз добивался мой отец Эак.