Порочная страсть

Вы солдат, вам хорошо известно, насколько сложно все предусмотреть. Прошлого не исправить! Ваши люди погибли, и меньшее, что вы обязаны сделать в память о них, – жить в полную силу. Чем вы поможете вдовам и сиротам, если будете сидеть здесь и сокрушаться, жалея не их, а себя самого? Никто не давал вам письменной гарантии, что жизнь всегда будет складываться так, как нам бы хотелось. Приходится просто мириться с тем, что есть, хорошо это или плохо. Вы сами знаете! Довольно.

Настроение у Нила заметно поднялось.

Он широко улыбнулся, взял сестру за руку и прижался щекой к ладони.

– Ладно, сестричка, я вас понял. Постараюсь быть пай-мальчиком. Не представляю, как вам это удается. Думаю, дело тут не в словах, а в вашем лице. У вас всегда получается прогнать боль. Если бы вы только знали, как много значит для меня ваше присутствие в этой богадельне. Без вас… – Он пожал плечами. – Я даже вообразить не могу это место без вас.

Он сказал, что ей всегда удается прогнать боль, но она понятия не имела как! Ведь одних добрых дел недостаточно.

Ее разум пытался вывести магическую формулу исцеления, но та всякий раз ускользала.

Сестра Лангтри нахмурилась, всматриваясь в лицо мужчины, что сидел по другую сторону крошечного стола. Разумно ли было поощрять его, принимая редкие знаки внимания? Ах, если бы можно было разъединить чувства и долг! Что, если, сближаясь с Нилом, она в действительности не помогает ему, а только вредит? Взять, к примеру, сцену, что сейчас разыгралась: в какой мере это лишь уловка, чтобы привлечь ее внимание? В их отношения вторглись чувства: Нил стал для нее прежде всего мужчиной, не пациентом, – и это мешало ей быть объективной и ровной со всеми.

Она все чаще стала ловить себя на том, что думает больше о будущем, хотя именно настоящее требовало ее внимания и на нем следовало сосредоточить все свои силы. Надо признать, мирное время открывало перед ней массу самых соблазнительных возможностей: это и отношения с Нилом, и даже, возможно, брак, – но думать об этом здесь и сейчас было неправильно, несвоевременно.

Нил привлекал ее как внешне, так и внутренне. Они принадлежали к одному кругу, их многое связывало, у них было много общего, так что дружба их казалась вполне естественной. Ей нравилось в нем все: образованность, интеллект, широта кругозора. Нил, можно сказать, восхищал ее, если не считать его непреходящей болезненной одержимости самим собой.