Первый Ученик. В двух мирах

Они представляют определённую ценность для моей семьи, и мне бы не хотелось, чтобы прибравший их к рукам гад остался безнаказанным.

Правитель Нариктира говорил спокойным будничным тоном, однако что-то в его голосе, равно как и в тревожных взглядах настоятеля Клавдия, подсказало эмнайту, что бургомистр не открывает всей правды. Келерос, однако, не придал этому значения: он понимал, что существуют причины, по которым начальник вынужден её скрывать.

– А вам мишку-то не жалко, бургомистр? – решил сменить тему капитан, переведя взгляд на огромного зверя, который уже уселся в клетке и безучастно смотрел вдаль.

– Ворчун может за себя постоять, – улыбнулся Динарус. – Для проверки будет использоваться тренировочное оружие. А медведь дрессированный, даже ручной. Мы остановим его при необходимости.

– Откуда он у вас взялся?

– Ворчун давно обитает в замке. Признаюсь, я никогда не демонстрировал его публике…

Сказав это, Динарус испытующе посмотрел на воина, и тот смекнул, что дальнейшие расспросы ни к чему хорошему не приведут.

Келерос недоверчиво осмотрел Ворчуна и подумал, что спрятать такую огромную животину в замке было попросту невозможно. К тому же он не мог поверить, что даже дрессированное животное можно оттащить от претендентов, если оно разозлится. Бургомистр явно темнил… Тем не менее, Келерос не хотел упускать случая понаблюдать за предстоящими испытаниями.

Жители города стягивались к казармам, и ровно в полдень начались состязания.

То и дело подходили новые участники, увидевшие объявления: Клиан потрудился развесить их не только в трактире, но и по всему городу. Бывшие авантюристы, осевшие в Нариктире, юнцы, возомнившие себя искателями приключений, желающие подзаработать и просто любопытные в течение нескольких часов прибывали сюда, чтобы испытать свои силы. Толпа зевак собралась вокруг арены и с интересом наблюдала за боями, а Ворчун, казалось, только радовался публике, ударами могучих лап отправляя на отдых одного смельчака за другим.

Когда начался первый бой и на состязание с медведем вышел рослый отставной вояка, Келерос, затаив дыхание, наблюдал за реакцией зверя, опасаясь излишней уверенности бургомистра в послушании животного. Однако медведь не проявлял ровным счётом никакой агрессии: он уворачивался от дубины соперника, пока, в конце концов, не подтолкнул его в спину, отчего человек кубарем полетел в дальнюю часть арены.