Институт равновесия

А вот дальше что? Как потом объяснять, откуда он взялся, как его пропустили и что он тут делает. Подобные способности вызовут скорее страх и ненужное внимание к его персоне. Нужно придумать что-то другое.

Бенедикт напряг внутреннее зрение и просканировал дворец изнутри. Людей там было просто колоссальное количество. Сердечные ритмы и пульс крови выдавал массу эмоций – от волнения и раболепия до злости и ненависти. Человеческая природа. Бенедикт напрягся, пытаясь найти что-то похожее на скуку или равнодушие. Наверное, что-то подобное должен испытывать дворянин или королевский отпрыск в этой насквозь надоевшей своими ритуалами и церемониями каменной глыбе.

Ну вот, пожалуйста! Скука с явным привкусом нерешительности – то ли сделать что-то эдакое, то ли поспать. Бенедикт отпустил городскую стражу, включил зов, настраивая его на находку.

Через четверть часа в воротах показалась молодая белокурая девушка лет шестнадцати в пышном платье, сплошь увитая кружевами, оборками и украшениями, что делало её похожей на куколку бабочки.

Она решительно шагала в сторону Бенедикта, а за ней, взволнованно придерживая юбки, бежала целая толпа особ женского пола в беспорядке и на все голоса вопрошающая: «Ваше высочество! Куда же вы? Ваше высочество!» Её высочество, впрочем, внимания на них не обращала. Зов носферату – мощный призыв. Человек не может думать ни о чём другом, кроме как поскорее достичь цели. Это как желание съесть утиную ножку после недели голода.

Подбежав вплотную к Бенедикту, девушка уставилась на него широко раскрытыми серыми глазами и прошептала:

– Я здесь, Повелитель! – дыхание её было прерывистым, а на лбу выступили маленькие капельки пота.

«Пора заканчивать», – подумал Бенедикт.

– Ваше высочество! – звучно обратился он к ней. – Вы меня звали, и я пришёл! – он учтиво склонился в низком поклоне, раздвинув полы плаща и куртуазно выставив вперёд правую ногу.

– Звала? – после отключения зова девушка была растеряна, явно не понимая, что происходит, кто перед ней и вообще – как она здесь оказалась.

– Третьего дня перед сном вы шептали в окно, глядя на полную луну, что вам очень нужен советник и друг. Кто бы смог подсказать вам, помочь вам справиться с вашими сомнениями…

– Ваше высочество! – придворные дамы уже остановились чуть поодаль, вздымая бурным дыханием преотличнейшие перси под косынками. А одна, видимо, главная, уже стояла за спиной принцессы, настороженно и недовольно глядя то на Бенедикта, то на девушку.