Мушкетер поневоле

– Так Вы еще и доктор? И в какой же области?

– Название вам ничего не скажет: в газогидродинамике.

– Вы ошибаетесь, Вы же сами сказали, что эта жидкость, гидро, может быть газом! Так, мой принц?

– В общем и целом, да, Вы правы, мадам.

– Можете называть меня Марго.

– Тогда я – Андре.

– Договорились, Андре. – и она подняла рюмку.

– Ваше здоровье! – сказал я по-русски.

– Что-что?

– Это по-русски, я пожелал Вам здоровья, Марго.

– Замечательный тост. – Она пригубила коньяк. – Ого! Интересный арманьяк, не хуже, чем у старого графа Монтескью.

Гораздо более богатый букет! Чего к нему не хватает, так это кофе. Эмилия, сходите поставьте кофе, мы с господином Андре сейчас докурим и подойдем.

– Да, мадам. – Марго проводила ее взглядом, но не преминула посмотреть, не заинтересовался ли я девушкой.

– Моя воспитанница, бедная сиротка, хотя из хорошей семьи, но их имение разграблено, а из-за молодости ей пока не передают наследство. У самой меня детей не было. Замужем я была совсем недолго.

Муж был гораздо старше меня и был вечно занят. Мне иногда казалось, что жену он завел больше из-за этого имения, чем для всего остального. Увы. Пройдем в гостиную? Прошу Вас! – и взяла меня под руку с правой стороны. С левой у меня висела шпага.

Воспитанницу Марго отослала спать, сказав, что кофе ей на ночь ни к чему, не уснёт.

– Вы меня заинтриговали, принц. Мне кажется, что вы состоите из сплошных достоинств. – сказала она, как только за воспитанницей закрылась дверь.

– Вы мне льстите, Марго.

Да, у меня очень неплохое образование и кое-какой опыт в некоторых вопросах, но, по сравнению с парижским двором, я выгляжу эдаким «мужланом». У нас гораздо меньше уделяют внимания этикету.

– Совершенно с Вами согласна, но в этом есть свой шарм. Вы… Вы… – у нее не нашлось слов, чтобы описать всю ту неловкость, которую я допустил во время знакомства.

– Я – слон в посудной лавке, дорогая Марго. Как чего не сделаю…

– Вы – необузданный. Узду ведь приучают лошадей не выплевывать, а Вы плюете на эти условности, это же всего на всего рамки, в которые вас пытаются втиснуть, а у вас плечи шире этих «рамок».

Вы просто гигант, из-за этого форма на Вас кажется тесной.

– Да, мадам, это самый большой размер, который удалось достать в корпусе герцога Бернгарда. Он любит, чтобы в его корпусе все ходили в придуманной им форме.

– Рози – прекрасно шьет, двадцать – двадцать пять су сделают ее счастливой.

– Кто это?

– Жена моего управляющего.