Ведунья пятого измерения

Фотография сделана в июле 74-го. Худой, потому, что только вышел из госпиталя, там не слишком хорошо кормили. Все каши да каши. А я их не люблю.

– Буду знать. Каши предлагать не буду.

– Я готов.

– А у меня еще один вопрос: я уже видела такие фотографии, выполненные в таком стиле.

– Я знаю, у кого ты это видела, мы вместе разрабатывали этот стиль и оба его освоили. Таня – замечательный фотограф, она умеет видеть кадр.

– Вы были близки?

– Если ты об «этом», то нет. Мы единственный раз поцеловались, и это было после того, как она вышла замуж за другого.

Весной 72-го она меня попросила ее поцеловать, а я не стал этого делать.

– Почему?

– По-моему, этого не объяснить. Не хотелось потерять самого себя и того отношения, которое я к ней испытывал. Приземлять чувство.

– Да, нечто подобное она мне и говорила, что ее тянуло к тебе, как к мужчине, а ты витал где-то в облаках, не понимая, что от тебя требуется.

– Возможно.

– Она говорила, что не вполне понимает тебя, что она хотела быть гораздо ближе к тебе, но ты это не понимал.

Почему?

– Давай не будем об этом, это эпизод или период уже прошел. Ошибки? Ошибки были, у обоих. Мы оба – лидеры. И никогда не собирались уступать друг другу первенство. Кому-то предстояло сломать себя и уступить. А обоим этого не хотелось. Сейчас она нашла вариант этого не делать. Она – глава семьи и признанный лидер.

– Ты хочешь сказать, что у меня будет вечная вторая роль?

– Мы идем в ресторан или распределяем места на кровати?

– Не говори пошлостей.

– Даже не пытаюсь! Но ты сама говорила, что если что-то на тебя давит, то принять решение ты не можешь. То есть, в критической ситуации ты не способна быстро и правильно принять решение. Вот, например, сейчас. – Сергей обнял ее и поцеловал, не легким поцелуем в щечку, а страстно и требовательно. Через некоторое время, слегка отдышавшись и приведя свои чувства в порядок, Ника, поправив прическу, сказала:

– Мы – идем в ресторан, а применять оружие массового поражения – команды не было! Вам понятно, товарищ главный корабельный старшина.

Дома – командую я, но обещаю тебе слушаться тебя во всем, что касается внешнего мира. – с этими словами она протянула руки к его голове, и сама поцеловала его. – Чувствую себя настоящей Никой, победительницей. Мне сегодня удается всё! И доклад, и твое предложение, и наш первый поцелуй. Я этого ждала с 71-го года. Я эту дурацкую бутылку просто взглядом останавливала на тебе.