Второй помощник

Там тебя арестуют.

– Нежелательно, господин капитан.

Он сделал мне знак рукой и вышел из рубки в каюту на верхней палубе.

– А что ты хочешь?

– Вернуться домой и драться. Через Англию, например, или Исландию.

– Мы туда не ходим.

– Догадываюсь. А если через Швецию? Они – нейтралы.

Капитан кисло ухмыльнулся, мы уже находились в его каюте, и я с наслаждением курил какие-то незнакомые сигареты. Кэп смаковал трубку и перебирал какие-то визитные карточки.

– Давно по морям бродишь?

Откровенно на этот вопрос я ответить не мог, заглянуть внимательно в диплом у меня соображалки не хватило, поэтому я его вытащил и протянул капитану.

Тот почитал, открыл ящик стола и бросил его туда.

– Посиди здесь, пообщайся с «Аквавитом». – Он выставил на стол початую бутылку какой-то водки, поставил на стол высокий стакан и вышел из каюты.

Ждать его пришлось более получаса, если бы не сифон с сельтерской, то пить такую гадость было бы невыносимо. Но выставлена бутылка была со злобным умыслом, так как по приходу зоркий глаз капитана, в первую очередь, устремился на нее.

Русские в Норвегии – все пьяницы, хотя средний «норг» потреблял в то время крепких напитков больше, чем любой человек в СССР того времени. Удовлетворенно хмыкнув, что к бутылке едва прикоснулись, капитан распорядился:

– Тебя внесли в судовую роль, как моего помощника. Спустись в кают-компанию, там тебе ужин разогрели. С 12.00 судового – твоя вахта. Каюта на другом борту на этой палубе, вот ключ. Пройдем проливы – пересядешь каргой на другую посудину, ну, а там, как богу угодно будет.

В кают-компании был рыбный суп в томатном соусе, рыбные котлеты, в виде клецек, с капустой, и грог, ром с лимонным и грейпфрутовым сиропом. А в каюте в рундуке висела норвежская морская форма, пара свитеров, два плаща и штормовая шляпа с большими полями. По ходу зашел к радисту и попросил у него дисциллят, промыть часы, остановившиеся на 06

15’47’’. Немного повозившись с часами, лег на койку и уснул.

И хотя вторым помощником я был лет двадцать пять – тридцать назад, но за это время ничего не изменилось! Вахта есть вахта.

Судно мерно покачивалось на гладких невысоких волнах, тихонько пыхала паровая машина, шумевшая значительно меньше, чем дизеля или турбины, с которыми я знаком гораздо лучше, чем с ней. Тикали часы на переборке, а где-то далеко шли бои, мой же путь пока лежал на юго-запад, и вовсе не в сторону дома, где вторые сутки полыхает война.

Разбудили в 10.