Стена внутри

К черту конспирацию! Если он сходит с ума, жена должна знать об этом и подержать его. Разве не в этом предназначение жены – ждать мужа дома, поддерживать во всем, рожать детей, готовить еду? Он бы не женился на одной из этих… Фанисток? Фемосток? Феминисток! Которые вечно забывают свое место.

Он потянул ручку, и дверь в ванную открылась. Не заперто! Жена уже вытиралась после душа:

– Радиодруг уже зовет на работу?

Макс кивнул.

– Если поторопишься, то успеешь. И на работу тоже! – она уронила полотенце на пол.

– Хочешь еще раз, как вчера?

– Подожди! – Макс поднял полотенце и вручил ей.

– Что-то не так?

– Я… Наша дочь нас не застанет, если мы прямо сейчас?.. Она еще спит?

– Наша кто? Что за «дочь»?

– Дочь. Ребенок. Маленькая женщина!

– Карлик?

– Какой к чертям карлик? Девочка! Маленькая девочка, которую ты родила! Я ее отец, ты ее мать! Где она?

– Не ори на меня! Ты опять заговариваешься! – жена заплакала. Она обернулась полотенцем и села на край ванны.

– Почему ты всегда кричишь на меня? Я не родила никаких карликов.

Что за такое «родила» вообще?

Макс присел рядом.

– Можно я спрошу кое-что важное? Очень важное! А ты ответишь, ладно?

Она кивнула.

– Как тебя зовут? И как меня зовут?

– Что за игры?

– Просто ответь!

– Меня зовут Р-11, ты же знаешь. А тебя – ПУ-22.

– ПУ-22. – повторил Макс. – ПУ-22, вот так значит? Ты одна из них, да? Ты одна из них!

Он вскочил. Вчера им владела паника, но сегодня пришел гнев. Он замахнулся кулаком, Р-11 завизжала, шарахнулась в сторону, соскользнула с края ванны и упала в нее.

Макс опустил руку. Его жена скорчилась в ванне, но разве это его жена?

– Пошла ты, тварь! – буркнул Макс и крутнул кран. Струя кипятка удалила в прекрасное женское тело, она снова завизжала, а Макс ушел, не глядя, как красавица в полотенце пытается закрыть кран.

Он подпер дверь ванной стулом и обыскал квартиру, пока она звала его и просила открыть. Она все еще звала его ПУ-22, повторяла дурацкий код, снова и снова.

Она не жена, ее подослали к нему, как и всех остальных. Они все против него!

Макс распахнул шкаф. Семь пар брюк и белых рубашек. Не лучший выбор одежды для сварщика. И семь платьев жены. Почему у женщины семь одинаковых платьев, семь пар трусиков и семь пар белых туфель? И разве тут не должно быть еще какой-то штуки, которую женщины одевают на грудь? А где одежда его дочери?

Он не нашел ни телефонов, ни документов, ни личных вещей.