Человек без башни

Она сняла с себя всю одежду, оставшись в узеньких трусиках-танго, обнажив великолепную грудь и плоский живот, и, не оборачиваясь, спустилась к воде.

Увиденное несколько вышибло Бенедиктова из колеи. Он принялся скидывать с себя одежду и только когда снял брюки, взгляд его упал на семейные трусы до колен. Трусы были не обычными. Это был подарок всем членам актива «тропистов» от вождя Хрюкина. По синему полю был отпечатаны лозунги: «Долой пепси, даешь квас», «Картошка лучше ананасов», «Идеям Героев верны» и прочая идеологическая мура.

Только сейчас узрев напоминание о том, зачем он собственно отправился в эту поездку, Бенедиктов понял, что его похитили не для выкупа. А для чего? От этого стало неуютно и холодно. Аскольд начал лихорадочно одеваться, пока девушка не вернулась. Согласитесь, глупо предстать голым перед собственными похитителями, вероятными идейными противниками.

Оделся Бенедиктов вовремя. Так как минут через пять вся троица была в сборе. Маленький тощий шибздик где-то потерял очки, длинный ушастый разбил коленку, но все они были настроены решительно и по-боевому.

Похитители уселись в вокруг Бенедиктова.

«Вот сейчас начнется, – тоскливо подумал Бенедиктов, – наверное, бить будут, пытать. Может, сбежать?»

Аскольд огляделся по сторонам. Бежать было некуда, да и далеко не убежишь.

Девушка оделась, тряхнула головой, достала из сумки карту, компас, сверилась с чем-то и произнесла:

– Ну что, Бенедиктов, ты уже понял, что мы тебя похитили? Вник?

Аскольд кивнул головой.

– Деньги нам твои на фиг не нужны, а нужен нам от тебя портрет человечка твоего. Надеюсь, понятно какого?

Предчувствие Аскольда не обмануло. На душе стало тоскливо-тоскливо. Да, если не убьют эти, пришибет Хрюкин. Расклад один – писец котенку! А пожить так хочется, внуков… Нет до внуков еще далеко… Для себя пожить, по полной программе. Слабая надежда зашевелилась в бенедиктовской душе: пока Тюфякова не найдем, я им живым нужен.

Они меня будут беречь. Пока мы здесь, Хрюкин далеко, а там что-нибудь придумаю… Надо соглашаться на их условия.

Мальвина, которой надоело затянувшееся молчание, спросила:

– Ну, согласен с нами сотрудничать?

– А гарантии – нагло потребовал Бенедиктов, – Где гарантии, что вы оставите мне жизнь.

Чебурек вскочил с места, демонстрирую Мальвине, страстное желание накостылять, этому гаду. Девушка жестом приказала Чебуреку сесть.