Золотой утенок

Олег подсчитал, что парочка за какие-то полчаса насшибала приличное количество рублей. В пылу азарта Телепузик и Скелет не обратили внимание на парочку накачанных молодых людей, с бычьими шеями и бритыми крутыми лбами, неодобрительно разглядывающих толпу.

Олег понял, что парочка работает на чужой территории и без прикрытия, за такие вещи на любом вокзале полагается хорошая взбучка. Телепузик и Скелет так увлеклись, что забыли о собственной безопасности. Расплата не заставила себя долго ждать. Молодые спортсмены-бычки, раздвигая зрителей приблизились к лотерейщикам:

– Здорово, Толстый, опять промышляешь на нашей территории? – спросил один из них, самый накачанный, вероятно за главного.

– Здрассьте, – стягивая шляпу, ответил Телепузик.

Скелет молча кивнул головой, стараясь прикрыть своей тощей спиной коробку с призами.

– Мы, это, у Жорика… старушка-мама в больнице, нам на передачку… на операцию… мы заплатим!

Главный бычок повернулся к толпе, стоящей за ним, и зычным голосом скомандовал:

– Расходитесь, граждане, кина не будет! Механик сейчас кони двинет, – загоготал он, его «соратники» подхватили шутку.

Толпа испуганно бросилась врассыпную, оставляя Телепузика и Скелета наедине с братками решать территориальные проблемы. Милиционеры, доселе маячившее на горизонте, испарились, словно по мановению волшебной палочки. Олег не двинулся с места, но активных действий предпринимать пока не собирался. Он терпеливо ожидал исход поединка.

Он стоял у витрины соседнего ларька и сосредоточенно рассматривал памперсы, сравнивая достоинства и недостатки конкурирующих фирм изготовителей. Со своего наблюдательного пункта он хорошо видел и слышал происходящее.

Толстый, пыхтя как паровоз, пытался откупиться от хозяев территории, он то и дело снимал свою шляпу, промокая потную лысину огромным клетчатым платком.

– Кондрат, Кондрат, мы… это, заплатим, обязательно. У нас сейчас денег нет, мы только для пробы – пойдет или не пойдет, чисто символически…

Пока толстый оправдывался, худой, скрытый широкой спиной своего сотоварища, пытался незаметно перепрятать полученные купюры.

Кондрат, «увлеченный» беседой не заметил этих манипуляций:

– Хватит мне лапшу на уши вешать, я тебе не тостер, нечего меня гренками грузить! – перебил он толстого. – Чтоб ноги вашей на территории не было. Ящик с вашим барахлом и деньги я конфискую, в качестве компенсации.