Плотский грех

 – Это платье изумительно! – Он потянул ее в сторону, к полосатому дивану периода Регентства[16 - Стиль эпохи Регентства – английский ампир в архитектуре и мебели (конец XVIII – начало XIX в.).] и сам сел рядом с ней. – Я должен знать, дорогая, где вы покупаете свою одежду?

– Швейный квартал в Нью-Йорке[17 - Название района г. Нью-Йорка в центре Манхэттена, известного как центр пошива модной женской одежды.], – сказала Делия, сияя, – но как только я привожу вещи домой, я разрываю их на части и делаю более интересными.

– В этом весь фокус. Что за взгляд у вас – полностью индивидуальный! Никто другой никогда не смог бы иметь успех в этом платье, но вы покоряете его, как Мерман[18 - Этель Мерман (1908–1984) – американская актриса и певица, одна из самых знаменитых бродвейских исполнительниц XX века.] песню. – Он улыбнулся, лаская ее взглядом. – Дорогая, очаровательная Делия, вы знаете здесь кого-нибудь?

– Иви и Джесс, но, кажется, я приехала раньше них.

– Превосходно! Тогда вы принадлежите мне.

Видите вы обветшалого старого джентльмена, позирующего под портретом миссис Сиддонс[19 - Сара Сиддонс (1755–1831) – знаменитая британская актриса.]?

Стремительно влюбляясь – безнадежно, но платонически – в Руфуса, Делия с интересом посмотрела на указанного пожилого, любезного и изящного человека.

– Я чувствую, что мне следует его знать, но его имя не приходит мне на ум.

– Роджер Дартмонт, который скоро будет петь у нас партию короля Кофетуа.

– Тот самый Роджер Дартмонт! – У нее отвисла челюсть.

 – Я не знала, что он такой… э… пожилой.

– Это подлинно он, очаровательная Делия. Бог разбил его форму на миллион кусочков, затем явился Люцифер и снова склеил их вместе, но в той же манере, в какой Исида склеила Осириса – невозможно найти фаллос.

Делия хихикнула.

– Это проблема, если его имя Роджер[20 - Устаревший эвфемизм для обозначения полового члена, аналогичный современному «Дик».]. – Взгляд Делии скользнул дальше. – Кто эта леди, что выглядит как лошадь, поедающая яблоко сквозь изгородь из проволочной сетки?

– Ольга Тирни.

Одна из жен, моя дорогая. Ее муж – продюсер бродвейских постановок, включая и того недоноска, над которым мы работаем сейчас. А вон и он, тот, что в смокинге и похож на жокея. Они раньше жили в Гринвиче, теперь у них один из островов неподалеку от нашего мыса Басквош. – Подвижные черные брови Руфуса выгнулись дугой. – Роскошное место – или стало бы таковым, если бы Ольга не была такой пресной.