Врата Рима. Гибель царей

Марк тут же подошел к ним.

– Возьми другую, приятель. Она не из этого дома.

Солдат посмотрел на него, заметил, как уверенно держится парень и какое у него решительное лицо, и, пожав плечами, подозвал другую, проходившую мимо, рабыню. Гай наблюдал за всем этим со стороны. Александрия, встретившись с ним взглядом, вспыхнула от гнева, повернулась к Марку спиной и ушла в сад.

Марк задумчиво посмотрел на друга.

– С чего это она так разозлилась? – огорченно спросил Гай. – Вряд ли она хотела пойти с этим быком.

Ты ее спас.

Марк кивнул:

– Вот потому, наверное, и разозлилась. Может, она не хотела, чтобы ее спасал я. Может, она хотела, чтобы это сделал ты.

– О… – Гай расплылся в улыбке. – Ты в самом деле так думаешь?

К друзьям, слегка покачиваясь, подошел Марий. На голову ему вылили вина, волосы прилипли ко лбу, но он все равно смеялся, а глаза сияли от удовольствия.

– Ну что, парень? – Он взял Гая за плечи. – Попробовал Рим на вкус? И как?

Гай невольно ухмыльнулся в ответ – веселость этого человека была заразительна, как и другие эмоции.

Стоило ему нахмуриться, как над ним самим и над всеми вокруг нависали темные тучи страха и гнева. Когда же он улыбался, улыбаться хотелось всем. Хотелось быть рядом с ним, под его крылом.

Гай уже ощутил силу обаяния этого человека и впервые задумался над тем, сможет ли сам когда-нибудь требовать от людей такой же преданности.

– Было страшно… и уж точно не скучно, – ответил он.

– Хорошо! Знаешь, не всем это дано. Некоторые умеют просчитывать – сколько чего требуется, чтобы удержать какой-нибудь овраг, – а вот этого просто не чувствуют.

Он посмотрел на Марка, Тубрука и Каберу:

– Напейтесь, если хотите, найдите женщину, если успеете. Сегодня никаких дел, и выходить до темноты нельзя. Завтра начнем думать, как привести сюда пять тысяч человек, которые находятся за пятьдесят миль, а потом организовать шествие через весь город. Понимаешь что-нибудь в снабжении?

Гай покачал головой.

– Научишься. Самая лучшая армия в мире ничто без пищи и воды.

Важно помнить это. Остальное само приложится. Мой дом – твой дом, не забывай. А я пойду, посижу в фонтане и выпью.

Он забрал у рабов три запечатанных кувшина с вином и ушел со двора, как человек, точно знающий, что ему нужно.

Тубрук проводил его кривой ухмылкой:

– Рассказывают, что однажды в Северной Африке, накануне битвы с одним из варварских племен, Марий в одиночку пришел во вражеский лагерь с двумя кувшинами вина.