Обречённый играть

Дальше развитие пошло ещё стремительнее. Появились возможности рекламировать свои машины. На этой базе возникла и почти сразу загнулась такая отрасль, как виртуальные СМИ, однако опция продвижения любимого логотипа осталась, для чего к игре было подключено несколько спортивных симуляторов. Которые привлекли любителей баскетбола, хоккея, футбола и тенниса. Стало возможным выбирать спортивные карьеры, играть на поле, руководить командами, выбирать спонсоров и многое другое, что сильнейшим образом затягивало.

Деньги, понятное дело, были не настоящие, их нельзя было из игры извлечь, но зато внутри они позволяли чувствовать себя полноценным участником той жизни. Компьютер буквально не хотелось выключать. Вот и сидели они с братом за ним посменно, одновременно руководя небольшим заводиком и салоном дорогих авто, участвуя в международных теннисных турнирах с приличным призовым фондом и строя на вырученные деньги нечто вроде маленького замка на тропическом острове.

Брат был «совой» и предпочитал ночные бдения перед монитором, а он «жаворонком», который по утрам мог творить чудеса, а к вечеру мушка сбивалась, он терял бодрость, зевал и брёл через душ в постель.

Однажды утром он брата не застал. Компьютер работал, кресло ещё хранило тепло сидевшего в нём человека, но самого человека не было.

Сейчас он не любил вспоминать тот день. Сначала бездействие, ожидание, потом глупые поиски по пустой комнате, заглядывания в туалет, в шкафы, даже в холодильник.

Звонок на мобильный брата, ответивший бодрой мелодией из его всегдашнего рюкзака, стоявшего здесь же, под столом. Покорное обращение в полицию, где у него даже не взяли заявление за «отсутствием нужной продолжительности повода для составления». Снова тупое ожидание. Снова бездействие. Самостоятельное скитание по городу, по тем местам, куда они иногда заходили. Звонки знакомым брата. Двое знакомых – два звонка. Ничего. Брат исчез, растворился, пропал без следа. Не только телефон, но все его документы, все деньги были на месте. Грустные вещи, потерявшие своего владельца.

Прошло почти два года.

И вот на двери дома в очередном примитивном шутере с открытым миром он видит своё – то есть их с братом – имя. И дверь эта, обычный муляж, берёт и открывается, и ведёт внутрь, к другой, которая открываться отказывается.