Ключ от Хемгарда

Тоннели были ярко освещены разнообразными световыми полосами и украшены голограммами, что придавало каждому тоннелю свой особый, только ему присущий вид. Поезд несся вперед, временами мягко притормаживая у очередной станции в тоннелях и, забрав пассажиров, несся все дальше вперед. По-видимому, пассажиров в это время было немного – в головной вагон так никто и не зашел, благодаря чему Радимир продолжал сидеть в одиночестве. Постепенно поезд приближался к окраинам Полиса. Высокие здания и небоскребы, многочисленные дороги и развязки, прорезавшие Полис из конца в конец, стали, наконец, заканчиваться.

Перед окнами потянулась малоэтажная застройка старого города, которую поезд проскочил без остановок и выбежал на простор Побережья. С одной стороны поезда раскинулось бескрайнее море, на котором сейчас играли блики солнца, а с другой стороны потянулся высокий берег, круто уходящий наверх. На нем тут и там расположились частные дома, отстоящие довольно далеко друг от друга. Пару раз промелькнули живописные древние развалины; на высоком мысу, вдающемся глубоко в море, можно было заметить остатки некогда мощной и неприступной крепости. Наконец, поезд затормозил возле одной из станций, расположенной неподалеку от крепости. Эта станция так и называлась – «Старая крепость». Постояв с минуту на станции, поезд отправился в дальнейший путь. Проезд промчался вперед и вбежал в длинный и узкий тоннель. Пробежав по тоннелю, он в конце концов остановился у платформы. Поезд прибыл на конечную остановку, пора было выходить. Переборов дрему, Радимир поднялся из кресла и вышел из поезда. Двери за ним тут же закрылись, и поезд, набирая скорость, исчез в тоннеле, оставив его одного на платформе. Оказавшись на перроне, Радимир привычно хотел пройти к центральному выходу, но вдруг увидел нечто такое, что заставило его в изумлении остановиться. Это была не его станция! Узкая платформа была почти не освещена, и только в дальнем углу светился мягким светом выход, как бы приглашая его пройти к лестнице наверх. На станции не было ни одного человека, что было весьма странно для часа пик. На этом странности не заканчивались. Необычным был и вид станции – на ней не было ни одного табло, ни одной надписи. Не было и столь привычных информационных голограмм. Лишь простая бетонная лента платформы уходила далеко вдаль, пропадая в глубине станции в темноте. Вместо обычного ярко освещенного туннеля виднелись голые, ничем не закрытые тюбинги. Радимир был немало озадачен.