Поле мечей. Боги войны

– Столько, сколько потребуется, чтобы заплатить за соль, пищу, оружие, доспехи, а также налог в пользу сирот и вдов. В итоге у каждого из вас останется по сорок два динария. Их вы сможете тратить по своему собственному усмотрению.

Здесь Цезарь замолчал, задумавшись. На жалованье для такого количества людей потребуются тысячи серебряных монет. Содержать два легиона окажется совсем нелегко, и даже привезенное из Испании золото при эдаком размахе закончится быстро. Интересно, где же взял такое состояние Катилина? Однако сейчас не время предаваться размышлениям.

Юлий заговорил снова:

– Командовать вами будут мои опытные офицеры; они научат вас сражаться так, как те воины, против которых вы сегодня выглядели малыми детьми. У вас будет настоящее, качественное оружие, надежные и красивые доспехи. Жалованье будет поступать регулярно. Так решайтесь же. Что вы принимаете, мое предложение или смерть? Сейчас идите к своим людям и передайте им мои слова. Не забудьте предупредить, впрочем, что если кто-нибудь попытается убежать, я поймаю дезертира и повешу.

Все, кто предпочтет жизнь смерти, отправятся в Рим вместе с нами, но не в качестве пленников. Муштра не покажется легкой, особенно поначалу, но, думаю, выдержки и терпения солдатам не занимать. Со временем станет легче.

– А оружие ты нам вернешь? – раздался неуверенный голос.

– Что за нелепый вопрос! – возмутился Цезарь. – А теперь отправляйтесь! Так или иначе, но все должно закончиться еще до заката.

Глубоко растерянные, не в силах выдержать на себе огненный взгляд военачальника, пленные офицеры медленно повернулись и зашагали к своим стоящим на коленях в грязи собратьям.

Изумленные легионеры пропустили врагов.

Пока тянулись минуты ожидания, Брут подошел к другу и стал рядом.

– Сенату это не понравится, Юлий. Неужели тебе все еще недостаточно врагов?

– На поле битвы сейчас я, а не сенаторы. Нравится им это или нет, но здесь я говорю от имени всего города. Я – Рим, и мне предстоит принимать решение.

– Но ведь нам приказано их уничтожить, – тихо, чтобы никто не услышал, возразил Брут.

Юлий пожал плечами:

– Вполне возможно, что это еще придется сделать. И все-таки тебе следует надеяться, что они примут присягу.

– С какой это стати? – недовольно, с подозрением, поинтересовался Брут.

Цезарь улыбнулся и положил руку на плечо товарища:

– Да хотя бы потому, что это будет твой легион.

Брут замолчал в полной растерянности.

– Но, Юлий! – наконец собрался он с мыслями.