Поле мечей. Боги войны

Форт приближался с поразительной скоростью. Увлекшись движением, Брут едва не пропустил момент, когда надо было подать команду к перестроению. Два крыла слились воедино всего за несколько мгновений до остановки у ворот, но все прошло точно и красиво. Как один, всадники синхронно соскочили с седел и потрепали по разгоряченным шеям жеребцов и меринов, которых Юлий привез из самого Рима. Против вражеской кавалерии можно было выступать только на кастрированных конях, так как жеребец, почуяв кобылу, способен полностью выйти из-под контроля.

Кони отборной центурии представляли попытку отобрать лучшее из возможного и в то же время сохранить чистоту породы. При виде прекрасных животных даже испанцы, забыв о своем обычном подозрительно-недоверчивом отношении к римлянам, восхищенно присвистывали.

Смеясь, Брут слушал рассказ Домиция и в этот самый миг увидел мать. На какую-то долю секунды глаза его изумленно расширились, но тут же, быстро пройдя под аркой ворот, он поспешил к ней.

– В письмах ты ни словом не обмолвилась о своих планах! – Крепко обняв мать, Брут слегка приподнял ее над землей и крепко расцеловал в обе щеки.

– Боялась, что ты чересчур возбудишься от ожидания, – ответила Сервилия.

Они рассмеялись, и сын выпустил мать из объятий.

Сервилия немного отклонилась, чтобы получше разглядеть его. Улыбнулась, довольная. Да, мальчик полон жизненных сил. Годы, проведенные в Испании, явно пошли ему на пользу. Уверенность, которую он излучал, заставляла других вставать при его появлении и вытягиваться по струнке.

– Хорош, как всегда, – с нескрываемой гордостью заключила мать. – Наверное, местные красавицы проходу не дают.

– Не решаюсь выходить без охранников. Только они и спасают от нападений, – улыбнувшись, ответил Брут.

Неожиданно появившийся Домиций без лишних церемоний вклинился между матерью и сыном, чтобы его непременно представили.

– Ах да, вот и Домиций. А с Октавианом ты знакома? Он родственник Юлия.

Лукаво усмехнувшись ошарашенному виду Домиция, Брут жестом подозвал Октавиана.

Октавиан смутился и попытался изобразить приветствие, которое закончилось еще большей неловкостью. Брут рассмеялся. Он прекрасно знал, какое впечатление производит на мужчин мать, а потому вовсе не удивлялся поведению товарищей. Однако вокруг быстро собирались зрители – всем хотелось поближе рассмотреть гостью.

Сервилия помахала рукой, после скучного месяца на корабле явно наслаждаясь повышенным вниманием такого количества мужчин.