Поле мечей. Боги войны

Я еще об этом не говорил? Да, действительно, он ни разу даже не вытащил меч из ножен, чтобы помочь нам в трудную минуту.

Бибул вздохнул. Он слышал все это уже много-много раз. Ну хорошо, можно было погневаться один раз. А у Светония Цезарь с каждым разом становился все более страшным злодеем.

– А Испания? О Бибул, насчет Испании я знаю буквально все! Он отправился туда с пустыми руками, а обратно привез столько золота, что хватило на консульскую избирательную кампанию. И что же, они вызвали его на следствие? Отдали под суд? Я сам написал письмо тому человеку, который занял его место, и уточнил цифры, которые он представил сенату.

Я сделал за них их же собственную работу, Бибул, за этих старых болванов!

– И что же он ответил? – поинтересовался Бибул, поднимая голову.

Эта часть спектакля оказалась новой и вызвала некоторый интерес. Хозяин наблюдал, как гость подбирает подходящие слова, и очень опасался, что тот снова начнет плевать на пол.

– Да ничего! Я написал еще раз и еще, пока наконец не получил в ответ короткую записочку, в которой наместник требовал не вмешиваться в дела римского правительства.

Там была даже угроза, Бибул! Да, гаденькая мелкая угроза. Тогда я понял, что этот человек – ставленник Цезаря. Нечего и сомневаться, что руки его так же грязны, как и руки его предшественника. Да, Цезарь умеет неплохо заметать следы, но я все равно сумею поймать его!

Усталый и голодный, Бибул не смог удержаться от небольшой колкости:

– Если он станет консулом, Светоний, то сразу получит неприкосновенность, даже на случай серьезных преступлений.

И тогда ты не сможешь его тронуть.

Светоний фыркнул, однако слегка призадумался. Он помнил, как наблюдал за теми темными личностями, которые проникли в поместье Цезаря и убили Корнелию и слуг. Иногда казалось, что лишь это воспоминание и удерживает его от полного сумасшествия. В тот день боги почему-то не оградили Юлия. Его самого отослали в Испанию – в очевидную ссылку, а красавицу-жену попросту зарезали.

Тогда Светонию показалось, что он наконец-то сумел справиться с собственным гневом. Смерть Корнелии словно выпустила избыток пара из переполненной ненавистью души – вместе с паром улетучился и яд.

Светоний тяжко вдохнул: нет, этот хрупкий душевный мир уже потерян. Юлий дезертировал из Испании, да еще привез оттуда кучу золота. Его следовало забить камнями, а вместо этого самозванец выступает перед чернью, завлекая ее своими лживыми россказнями.