Золотые львы в каменной пустыне

Ей очень нравился бежевый платок украшенный чёрным морским жемчугов. Узоры из луны, дивных птиц и цветов тонкими нитями украшали ткань.

– Примерьте, – попросил мужчина.

Девушка послушно накинула платок на голову и плечи. Улыбка скользнула по её лицу. Платок будто шился для неё. Мужчина подошёл ближе, между ними осталось полшага. Он медленно провёл пальцами по ткани, узорам, лишь единожды прикоснувшись к пряди волос девушки. Кажется, что мужчина полностью увлёкся платком, волосами и запахом чужестранки, и не собирался отходить.

Девушка отступила на шаг, снимая платок.

– Вам действительно идёт. Пожалуйста, примите этот подарок, – и мужчина протянул девушке горсть монет. Он купил этот платок для неё.

– Благодарю вас, – улыбнулась темнокожая красавица. Её карие глаза смотрели на мужчину, его руки, широкую грудь, заметила она и серп на поясе.

Мужчина ушёл также неожиданно, как и появился. Он растворился в толпе, оставив девушку с подарком в руке. Сероглазый был так увлечён красавицей, что не видел пристального взгляда одного из приближённых Гая.

Кто эта девушка? Он пил пиво в дрянной таверне, крысы громко топали по полу, скреблись в углу, но мужчина не замечал этого. Он думал о девушке, Элио, о своём задании. Во что бы то ни стало купец должен умереть, ведь всех вероотступников следует наказывать. Но охрана… И Гай бывший наёмник. Инквизитору будет непросто осуществить задуманное.

В недалёком прошлом Элио оступился, предав трёх своих богов. Он вышел на орден «Чёрный Мессия», о чём-то говорил с ними, просил их.

Он мог бы попросить трёх своих богов, но не сделал этого. Элио мог попросить единого бога, но не пришёл в «Серое око». Это вероотступничество, и за это инквизиция карала. «Око» должно вновь подняться с колен, напомнить о себе и едином боге, о возмездии всем, кто предаёт своих богов.

И зачем он только остановился возле той чужеземки? Теперь все его мысли о ней. Увидит ли её снова, эту высокую, юную, прекрасную девушку? Их орден уже давно не тот, что был раньше.

Сейчас можно и жениться, и детей растить, и поля возделывать. А раньше правила был строже, весь орден жил только верой и карой. Поля добровольно возделывали крестьяне, за младенцами следили женщины ордена, сохраняя при этом невинность. Своих детей им не полагалось. А мужчины несли веру во все одиннадцать земель.

– Ещё пива? – спросила служанка из-за спины. Мужчина в углу кивнул. Странно, он даже не слышал скрипа половиц, когда подошла девушка.