Стена внутри. Рассказы

– Мужик? Не гражданин? Разве тут так принято обращаться?

– Да мало ли, что где принято! – старик в заляпанной песком одежде презрительно фыркнул. – Что они сделают, вызовут санитаров? А я, значит, смотрю – мужик сидит, весь из себя в тоске. Видать думает, как бы из Города уплыть!

– И как уплыть? Как отсюда сбежать?

– Так вокзал же есть.

– Вокзал? – Макс вскочил на ноги. – Тут есть вокзал? Где он?

– Мужик! Хорош меня трясти! – Макс отпустил старика и отступил в сторону.

– Конечно, есть вокзал, на своем месте, где всегда был.

Это же не тюрьма, никто тебя не держит. Иди обратно в город, по Первой улице направо, и минут через двадцать будет тебе вокзал. Псих! – старик сплюнул на песок, под ноги Макса, и пошел своей дорогой.

Макс вышел к вокзалу, не потратив получаса. Рельсы, билетные кассы – на месте все, что должно быть на вокзале. Белый цвет отступал и сдавал позиции, стены и пол стали серыми. Макс не помнил поездов, но помнил, каким должен быть вокзал, и это место казалось нормальнее, чем весь остальной Город.

До того момента, когда Макс потребовал билет.

– Куда именно, гражданин? – спросила девушка в билетной кассе.

– Куда угодно! В другой город!

– Куда именно, гражданин?

– В другой город! Смотри на меня! Слушай внимательно. В. Любой. Другой. Город.

– Куда именно, гражданин? Я не могу продать билеты, пока вы не назовете город.

У другого города должно быть название. У людей есть имена и у городов должны быть имена.

Другой город, который называется…

– Пекин! – выпалил Макс, и засмеялся. Вот оно имя другого города – Пекин! Он вспомнил его, и вспомнил другие.

– Амстердам! Лондон, Берлин, Юпитер, Москва, Прага, Испания, Крит, Антарктида, Рим! – Макс смеялся и называл имена городов, одно за другим. Он помнил города. Он помнил имена людей.

– Джек! Жак! Париж! Парагвай! Диего!

– Куда именно, гражданин?

– В Париж!

– Такой станции не существует, гражданин.

Назовите реальное место.

– Дай любой билет! И не беси меня.

– Вы нарушаете порядок, гражданин! – девушка опустила шторку на окне кассы и пропала из виду.

– Эй! Дупло открой! – Макс постучал, и не получил ответа. Он ударил в окно, но не разбил его, и оставил на стекле немного крови из сбитых костяшек.

Боль снова проснулась в голове, когда он вышел из здания кассы. Вокзал показался нормальным, на первый взгляд.