Сошла с ума

Присоединившись к ним, мы разбились по «семьям»: я с Яной и Леной, а Валера – с Дашей, и стали играть в семейные пары, ходя друг другу в гости, угощая вымышленной едой и напитками. Волк Драный с самого утра был в сарае, убирал навоз и кормил скотину. А бабушка копошилась в огороде.

Вот и прошёл день, наступил вечер. Взрослые в доме дяди Олега готовились к завтрашним мероприятиям. Ну а мы как ни в чём не бывало продолжали веселиться в бабушкином доме. Ночевали всё так же: мы – у бабушки, Андрей с дядей Саней – у Волка Драного, а женщины – в доме дяди Олега.

Рано утром Андрей и дядя Саня уезжают куда-то. А мы, проснувшись, пошли все вместе к тёте Гале. Нас накормили, напоили. После чего мы дружно стали помогать взрослым готовить место для прощания с дядей Олегом. Ближе к обеду мама на площадке во дворе прям у самых окон дома тёти Гали поставила два табурета, а тётя Олеся вынесла из дому венки. И вот отчим с дядей Саней и какими-то мужиками на грузовой машине привозят гроб. Занесли его во двор и положили на те самые табуреты.

Мы все вышли из дому во двор. Перед нами гроб, огромный красный гроб, и много народу. Пришли попрощаться с дядей Олегом деревенские жители, которые являлись знакомыми нашей большой семьи. Кто-то из них принёс цветы и возложил на гроб. Погода жаркая, без единой тучи в небе. И поэтому из гроба шла гнилостная вонь, несмотря на то что дядя Олег был обёрнут в плёнку и крышка гроба забита гвоздями. Тётя Галя одета во всё чёрное, она с рёвом вышла из дому и подошла к гробу, обняв его, начала что-то непонятное бормотать. Мама, видя состояние Гали, начала её успокаивать и вместе с тётей Олесей усадила её на табурет рядом с гробом. Тут Галя начала кричать:

– Сына, где ты? Сынок!

Валера подошёл к маме своей. Она его крепко прижала к себе и, немного покачиваясь, оба пускали слезы… Простояв с грустью на лице, знакомые с дядей Саней, Андреем и Волком Драным зашли в дом и уселись за накрытый стол. Лена, Даша и Яна из-за гнилостной вони отправились к бабушке. А тётя Галя с Валерой, мама и я, тётя Олеся, бабушка остались.

Женщины в разговоре стали вспоминать счастливые моменты из жизни дяди Олега.

Вот и наступил вечер, на улице стало темнеть, в небе появились первые звёздочки. Все взрослые в доме. И я с Валерой. Тут мама нам говорит:

– Валера, Стёпа, идите к девочкам. Тут все пьяные и шумно.

И только мы вышли из дому, как перед нами предстала страшная картина: во дворе стоит гроб, обставленный венками. И ни единой живой души.