Записки неизвестного поэта. Том 1. Дорога

Какой же ты идиот, Илья Николаевич».

Подбегая к воротам, мы почувствовали запах шашлыка, томящегося на углях. Голод, усиленный от бега и стресса, взял своё. Изо рта побежала небольшая струйка слюны. Андрей не удержался от реплики:

– Нормальные люди шашлыки уже жарят, а кучка идиотов бегает в поисках ещё одного, такого же.

– Это хорошо, что люди есть, значит, не одни мы в округе, – произнёс я.

– Ага, и все так сразу кинутся нам помогать.

Открыв ворота, мы получили сюрприз номер три. Перед нами собственной персоной стоял Лев и размахивал картонкой над дымящимся мангалом, на котором в ряд лежали шампуры с мясом.

Увидев нас, он покачал головой и сплюнул.

– Наконец-то, едрить вас в стакан. Я уже ягод успел набрать, назад вернуться, мясо на шампуры нанизать, огонь развести, а они до сих пор нарзан пьют. Не лопнули случайно там? Я уже хотел бросить к чёртовой матери шашлык и идти на поиски.

Онемение, охватившее нас, не позволило произнести ни слова, ни звука. Ситуацию спас, как всегда, Андрей:

– Видите, таких вредных людей, как наш Лев, даже медведи не жрут.

Затем всей толпой мы кинулись ему на шею. Он долго не мог понять, что случилось и что мы от него хотим. А слёзы девчонок и вовсе поставили его в тупик.

Вскоре ситуация прояснилась. На том пригорке, на который поднимался Лев, а затем и мы, ежевики практически не оказалось, она была на другой возвышенности, находящейся примерно в километре от того злополучного места. Лев сходил туда, спокойно набрал ягод и вернулся на базу, пока мы разыскивали его не там, где надо.

Что же касается камнепада, то это было небольшое землетрясение. Эту новость мы узнали от заведующей, которая пришла узнать, всё ли у нас в порядке и нет ли пострадавших.

Мы ещё раз все вместе обнялись, посмеялись друг над другом и договорились держаться всегда и везде вместе. Больше никаких разделений, будь то ягоды, грибы или цветы.

Шашлык из свинины подоспел, и мы наконец-то сели за стол.

* * *

Вначале всё шло хорошо и замечательно.

Мы сидели, наслаждались природой, пищей и общением. Травили байки, анекдоты, вспоминали случаи из жизни, а винцо под этот шумок лилось и лилось внутрь молодых организмов как к себе домой. И через три часа тихих посиделок, когда солнце начало постепенно гасить свои яркие лучи, стало понятно, что выпитого и съеденного оказалось на порядок больше, чем планировалось изначально. Поспособствовал этому свежий горный воздух или пережитый стресс – неизвестно.