Квантовый Скачок

Тут с ним такая история приключилась, года два назад, наверно. Короче, он давно уже всякие байки про прошлое и будущее рассказывал. Народ любил его слушать. Так вот он собрал группу таких же, как он упырей и упросил руководство станции отпустить их на поверхность. Ну, само собой, им не разрешили. Мало ли, кому куда надо, опасно ведь. Но у него связи кое-какие имелись, да и по техничке всё время помогал всем. Короче, отпустили. Но договорились, что часа три – и домой. Зима была тогда лютая, как сейчас.

Короче не вернулись они в указанный час.

Ждали их ещё часа три, бесполезно. Уже и заупокойную за них отслужили, как спустя неделю стук в герму. Открывают, а там учёный этот стоит. Оборванный весь, в грязи, но довольный до жути. Его спрашивают: куда остальные делись, – а он лишь улыбается и твердит: Всё отлично! Всё отлично! Да. А у самого шрам на лице, и с повязкой на глазу. Потом он рассказал, что нарвались на стаю собак Павлова. Всех погрызли, а он спасся. Птицы только заклевали. Глаз то потом зажил, но осадочек, так сказать, остался. Ну, вот с тех пор его Кутузовым и кличут. А он всё не унимался. Опять начал всем рассказывать о перемещениях, пытался вновь группу собрать, но ему уже не особо то и верили. А найти его просто, сидит в халупе своей и белиберду сочиняет – закончил свой рассказ Серый.

Что-то Дымову подсказывало, что он на правильном пути. Ведь всё, что говорил этот учёный, может оказаться правдой. Надо обязательно найти и поговорить с ним. А может это все действительно бред сумасшедшего.

– Станция Нарвская. Приготовить пропускные документы! – послышалось впереди. Больно ударило ярким светом прожекторов.

– Хорош светить! Свои же! – прокричал Серый.

– Тут все своими были. Так что извиняй, Серый.

– Для новичков: станция Нарвская подчиняется Союзу Коммунистических Станций Ленинграда. Так что особо не распространяться о целях и задачах нашей экспедиции. Наше пребывание тут зависит от скорости проверки документации на провозимый товар. Всем всё ясно?

– Так точно, – ответил Дымов.

– Ну, вот и ладненько.

После проверки документов группа сошла на платформу. Вокруг стояла идеальная чистота и порядок. Все палатки были распределены по интересам живущих в них гражданах. На торцевой стороне станции располагалось мозаичное панно с изображением Иосифа Виссарионовича Сталина, восседающего на трибуне с кипой документов. Это придало ему некоторую уверенность и спокойствие, так давно не посещавшие его.