Готика. Провинциальная версия

– Кто?

– Я же сказал, не знаю! Снайпер. Наблюдатель. Чистильщик. Киллер. Откуда я знаю, кто он и как его следует называть?

Сергей щелкнул зажигалкой. Огненная капелька, подрагивая, дважды лизнула кончик сигареты, прежде чем бумага и табак затлели.

Он нервничает, это очевидно, подумала Лора.

– Шагалаев? – переспросила она недоверчиво.

Сергей не заметил в её интонации ничего не обычного: ни излишней настороженности, ни насмешки, и отнес этот вопрос, скорее, к категории риторических, чем уточняющих.

– Я думаю, да, он! Ах, все ясно! Не получилось! И они, все кто там был, стали свидетелями.

От свидетелей принято избавляться! И вот еще что… – Сергей не договорил. Поморщившись, словно попробовал что-то чересчур горькое, он оборвал фразу.

– Продолжай, – предложила Лора.

– Да, пожалуй, так было бы правильно… – произнес он задумчиво, словно заканчивал мысль, что только что обрела в его голове конкретную форму.

– Ты о чем?

– Разве мы – не свидетели? – спросил он с той горечью, что ранее Лора в его интонациях не замечала.

Он с неприятным чувством отметил, что его сердце снова сбилось с ровного размеренного марша, и подумал, что не стоило начинать этот разговор, даже с Ларисой, потому что ни какие слова ровным счетом ничего не исправят.

– Из действующих лиц – мы превратились в свидетелей, – закончил он свою мысль.

– Получается, что и Шагалаев – свидетель? Да? Нет?

– Получается, – кивнул Сергей.

– Ну хорошо, мы – свидетели, – временно сдала свои позиции Лора.

 – Это – плохо?

– Хорошо или плохо? Не уверен… Да, думаю, плохо! Следуя традиционному ассоциативному ряду, быть свидетелем – плохо, потому что…

– Потому что от них принято избавляться?

– Их принято устранять!

– Потому что их никто не любит?

– Не путай свидетелей с очевидцами.

– Никогда, – усмехнулась Лора. – Я так часто оказывалась в роли… как ты выразился… ах, да, в роли очевидца!

– Свидетелей ненавидят, их избегают, за ними охотятся.

– Ты меня пугаешь. Мне страшно.

– Мы – свидетели, – поморщился он, уловив в её словах изрядную долю сарказма. – Разве ты не чувствуешь этот отвратительный смрад опасности, что шибает в ноздри, а? Мы – в опасности.

– Ты? Я? Свидетель – тот, кто видел. А мы? Что-то слышали, что-то знаем. Или не знаем, а? – возразила Лора.

– Но ведь именно я выбрал его! – сказал Сергей с деланной усмешкой

– Выбрал?

– Выбрал! Ах, как это трудно – выбирать.

– Кого?

–Фришбаха.

– Забудь!

– Нет.