Книга Снов. Шамтеран 3

Сделай она хоть шаг, случилось бы то движение. – Когда я прихожу провожать кого-то, у меня с собой фонарь.

Лас оглянулась. Гроза не стала принимать ничей облик, оставалась сама собой.

– Фонарь? Зачем? Стой где стоишь!

– Я устала, – Гроза потёрла лоб. – Можно сесть?

– На пол, – махнула рукой Лас. – Садись на пол. Не подходи! Что за фонарь? Зачем?

– Обычный фонарь. Чтобы освещать дорогу, – пояснила Гроза. – Там темно. И нельзя стоять на месте, чтобы привыкнуть к темноте.

– Тогда сходи за фонарём.

Гроза засмеялась.

Невесело и устало.

– Нет, не пойду. Мне и так хорошо.

– Хочешь посмотреть? Тебе ведь это нравится? Повернуться к тебе лицом?

– Нет, – Гроза прикрыла глаза. – Никогда не нравилось. Знаешь, почему я не сошла от этого с ума? Потому что знала: это пройдёт. Взойдёт солнце, прогонит ночь, кошмары рассеются. Так и случилось.

– А потом снова придёт ночь и новые кошмары, – Лас почувствовала, как дрожат руки. Не дай ей себя заговорить. Она всё равно не поймёт.

– Лас, ты же помнишь, как её провожали? Помнишь? Вспомни, что ты там видела?

Лас припомнила.

Сочувствие, но без боли. Печаль, но без надрыва. Скорбь, но без отчаяния. Были песни – но светлые. Ни рыданий, ни безнадёжности. Её просто проводили в дальний путь. И пожелали вернуться – когда и если захочет, когда придёт час.

– Вот именно, – Гроза поднялась на ноги. – Я не знаю, что ты сейчас чувствуешь. Наверное, я могла бы узнать, но не стану подслушивать. Я уйду, Ласточка, но я вернусь. С фонарём или без, решай сама.

Я не перестану любить тебя в любом случае. И никто не перестанет, что бы ты ни сделала.

Едва дверь за ней затворилась, Лас упала на колени. Кинжал выпал из рук.

– Прости, – прошептала она, сама не понимая, к кому обращается. И упала в обморок – так ей показалось. А может, заснула – от чудовищного перенапряжения.

Гроза пришла через час. Без фонаря. Проводила Лас к остальным – и там тоже не было ничего тёмного – никто не плакал, не убивался. Просто на одном из портретов появилась чёрная рамка, а на одной из стен – белая полоса.

Она ушла, но осталась. В этой комнате всегда ощущалось её присутствие – все последующие года.

…Где теперь эта комната? Где все? Моя вахта закончена, сказала Гроза в письме, которое передала Вессен. Завтра я покидаю вас. Мы с тобой последние – ты остаёшься на вахте. Не оплакивай меня. Мы все встретимся, я обещаю. Береги себя, Ласточка! Я не прощаюсь.

В её голосе не было ни печали, ни сожаления, ни скорби.