Туманные тёмные тропы

Майер закрыл глаза, сердце билось так, что путались мысли, и звенело в ушах, и все датчики тревожно предупреждали: «Перегрузка, перегрузка, перегрузка…»

– Я никогда не мог сказать сразу, прости, – она улыбнулась, чуть придвинулась, повернулась так, чтобы лунный свет из окошка падал на неё. – Я люблю тебя, Мерона.

Она придвинулась ближе – так, чтобы он мог дотянуться до её щеки, и шеи, и спины, и понимал, что чувствует, чувствует на самом деле, что жар, и сводящий с ума аромат, и её стон – не игра воображения.

* * *

– Ты чувствовал? – она приподнялась на локте.

 – Только честно, Айри. Умник меня уверял, что у тебя только датчики, что по-настоящему твои органы чувств не действуют.

– Ещё как. – Он проводил ладонью по её спине… и чувствовал, ещё как чувствовал. Умник пусть идёт лесом и морем, с глаз долой. – Что, потерял квалификацию?

– Ты несносен, – прижалась она к нему, и снова закрыла глаза. – Не превращай эту ночь в консилиум!

– А сама?

– И не задавай глупых вопросов! – Она уткнулась лбом ему в плечо, и снова «включилось» обоняние, настоящее, и от запаха её кожи и духов внутри снова начал разгораться костёр.

 – Молчи! – Она обняла его за шею. – Ты великолепен. Ты всегда был великолепен, подлец! Завтра Умник устраивает нам встречу. Ты как хочешь, а я отсюда не уеду. Пусть сам убирается!

– Я приехал к тебе. – И Майер понял, что так оно и есть. Он приехал не в поисках лечения (искусственная ткань ведёт себя чем дальше, тем хуже), и не в поисках удовольствий, и не для того, чтобы вспомнить «ту заварушку», как её именует Умник.

Он приехал к ней. Он уже приезжал много раз, ещё до заварушки. И всякий раз ему давали от ворот поворот, а однажды она его чуть не застрелила. – Скажешь – уеду, если тебе так лучше.

– Не скажу. – Она прижалась крепче. – Знаю, что буду чувствовать себя полной дурой. Снова отгонять от тебя девиц, вынимать тебя из постелей, но не скажу. Всё, умолкни! Я уже подцепила твой словесный понос!

Он рассмеялся, не выдержал, и она рассмеялась – тихонько.

– Теперь всё то же самое, доктор Майер, – потянулась она, провела по его спине кончиками ногтей, от шеи до… докуда достала. Майер стиснул зубы, чтобы не застонать от удовольствия. – То же самое, но медленно и молча.

* * *

– Выспался? – она сидела на краешке кровати, уже одетая, свежая и восхитительная. – Тогда одевайся, позавтракаем. Там сейчас мало народа, обожаю это время.

Майер посмотрел на часы – половина четвёртого.

– Ого.