Свадьба в Беляевке

А вы знаете, что такое кизяк?! ?

представитель вымирающего отряда глубокомыслящих индивидов посмотрел на приятеля так многозначительно, будто вопрос касался тригонометрических функций.

? Сушёное говно! ? обнаружил знание предмета Фунтик.

Нечаянный ветерок всклубил дорожную пыль напротив хатёнки с камышовой крышей, толкая серый бездушный колобок вдоль дороги.

? Нет, это нетленный символ торжества человеческого разума, ? философ двинулся вперёд, на ходу продолжая дискуссию. ? Только высшее сознание, которым, как мы видим, наделены бескорыстные труженики полей и огородов, способно из скотских испражнений получить тепловую энергию.

Но ваше дерьмо, дражайший, сколько его ни поджигай, гореть не станет. Оно пригодно, разве что, для разведения опарышей. ? Жульдя-Бандя сорвал свесившийся на дорогу колосок пшеницы и, расшелушивая мягкие недозрелые зёрна, попробовал на вкус, выбросив остальные.

? Из вашего говна, гадом буду, вряд ли будут производить детское питание! ? раздражённо заявил пессимистично настроенный дружок.

? Так что у нас с капустой?

? У меня, ? уточнил Фунтик, подчёркивая свою значимость и в не меньшей степени низкую ликвидность пустой болтовни философа-самозванца, ? тыща двести цветной и полторы белокочанной…

? Давай сто баксов… и всё будет в ажуре. Мы же не можем ввалиться на свадьбу без подарков?!

? Хватит и полста…

? Да ладно, не жмись!..

Выскочившая из подворотни рыжая, со свалявшейся на животе шерстью собачонка прервала диалог.

Она с ожесточённым остервенением набросилась на пришельцев, писклявым, захлёбывающимся лаем заявляя свои права на территорию. Дворняжка, согнав со своей вотчины посторонних, с чувством выполненного долга помчалась прочь, равнодушно виляя хвостом, не желая рвать глотку за остальных.

Жульдя-Бандя принял ассигнацию, сложил вдвое, схоронив в заднем кармане брюк.

? Как всё запущено, ? поражаясь убогости провинции, тяжело вздыхая, констатировал Фунтик.

? А вы думали, здесь быки во фраках пасутся?..

…Огороженный плетнём розовый дом находился рядом. Ворот во дворе не было. Слева плетень обнимал низенькую выбеленную кухоньку, справа ? дом, пожалуй, самый величественный на хуторе.

На углу дома из земли произрастал высокий погреб, стены которого также были покрыты цементной «шубой». Стены не удостоились покраски, безликим серым монолитом демонстрируя унылую пресную крестьянскую действительность.