Золотой козленок

? Наши предки питались мясом, овощами и корнеплодами, ? она коготком указательного пальца ткнула потенциального дурака в грудь, ? и жили долго и счастливо, а твои любимые колбаса, копчёный окорок, супы, борщи ? это корм, а не еда. Кстати, немцы, ? Лена придала пальцу восклицательное положение, что предполагало серьёзное сему подтверждение, ? называют борщ «швайнэссен» ? свинячий корм!..

? Да, но в итоге всё это обретает одну и ту же субстанцию, ? попытался оспорить утверждение художницы Жульдя-Бандя.

? Не спорь со мной! ? вынесла суровый приговор оппонентка, оставляя право своей сомнительной гипотезе властвовать над очевидным.

? Женщина всегда права, ? не стал оппонировать Жульдя-Бандя в надежде в последующем получить бонусы за сотрудничество.

? Вот именно, ? охотно согласилась одна из ярких её представительниц.

? За исключением, когда прав всё же мужчина.

Ворона каркнула, в очередной раз напоминая глупым приматам о себе и о пустом желудке.

Жульдя-Бандя тотчас отреагировал.

? Ворона не способна научить вокалу канарейку или соловья, зато вполне способна выступить в качестве музыкального критика.

Глава 22. Жульдя-Бандя отправляется со своей новой знакомой в Озерки, рядом с Шуваловским кладбищем

? Веня, а как ты относишься к покойникам?

Веня оказался не готов к ответу на столь интимный вопрос и, в безнадёжной попытке нейтрализовать возникшее смятение, пожав плечами, вывернул ладони:

? Я, собственно… особой любви не испытываю.

Думаю, не хуже, чем они ко мне, ? он хихикнул, предопределяя помыслы своей очередной пассии. ? А ты хочешь пригласить своего знакомого покойника на уик-энд? Я буду ревновать! ? предупредил ветреный повеса, растянув губы.

Женщина с жалостливым сочувствием посмотрела в родниковые очи собеседника:

? Нет, Веня, ты никогда не станешь художником!

Тот утвердительно кивнул, готовый пожизненно носить этот крест. Впрочем, он уже нёс бремя странствующего философа, которое его, однако, нисколько не обременяло.

? Приглашаешь обаятельную молодую женщину, ? она начертала в воздухе женский профиль, в котором ни молодости, ни обаяния не усматривалось, ? в прокуренное кафе, ? она сморщила носик, обозначив это. ? Короче, Веня, мы едем в Озерки. Там такая красотища! Я на прошлой неделе писала там пейзаж… единственное, ? Лена виновато подвернула нижнюю губу, ? рядом кладбище, но если…

? Никаких «если».