Обряд

– Если можно, стакан воды, – попросила она, посмотрев в глаза Владимира.

Тот скрыл улыбку – какая вежливая просьба уйти и не смотреть, что она там будет писать. Он налил воды, подождал за дверью, пока не прекратился звук ручки о бумагу, и только потом постучал и вошёл, дождавшись ответа.

– Спасибо! – Агафья подошла к столу и перевернула исписанный лист, а сверху положила ручку. Отошла к дивану и замерла там, глядя на Владимира. На лице её ничего не отражалось.

– Ганя? – Владимир шагнул к ней. – Если что-то нужно, только…

Она бросилась к нему, торопливо и неумело поцеловала – клюнула в губы сухими, горячими губами.

У Владимира закружилась голова, он не сразу пришёл в себя. А когда пришёл, то понял, что она делает.

– Ганя, постойте. Да погодите вы! – Он шагнул к ней, и Агафья замерла, вопросительно глядя ему в глаза. – Послушайте, так нельзя. Вы же сами не хотите!

– Нет, но вы хотите, – отозвалась Агафья спокойно.

Владимир уже собирался ответить: «И не думал даже», когда до него дошло, что думал, чего уж греха таить. И расхотелось говорить ей неправду. Пусть даже правда неприятна на слух.

– Даже если так, это всё равно неправильно. Сядьте! – попросил он, и Агафья повиновалась, присела на краешек постели.

Владимир присел перед ней на корточки.

– Вы устали, вы испуганы, вам нужно отдохнуть. Всё остальное неважно. Давайте так: вы сейчас просто ложитесь спать, а обо всём поговорим завтра.

Агафья кивнула и смутилась. Но почти сразу же к ней вернулось самообладание.

– А можно пару вопросов о вашей истории? – спросил Владимир неожиданно для самого себя.

Помогло. Агафья вздрогнула и посмотрела на него с удивлением:

– Что?!

– О вашей истории. Про цветок.

Агафья рассмеялась, видно было, что она хочет махнуть рукой: «Да ну вас!». А затем молча кивнула.

– Тот цветок очень редкий?

– Да.

– И матери его было очень жаль?

– Да.

– Он завял, заболел, когда дочь полила его?

– Неважно.

– А дочь…

– Неважно, – повторила Агафья, улыбаясь, и взяла его за руки, мягко потянула на себя. – Это всё сейчас неважно. Спасибо, Владимир! – шепнула она, глядя ему в глаза; от тепла её рук и запаха кожи вновь начала кружиться голова.

– Поговорим завтра, да? – Она не сразу отпустила его ладони, поднимаясь вместе с ним на ноги. Да и он не очень торопился освобождать их.